И вернулся в свою квартиру. Реакция Саши на мое признание напугала - я почувствовал, что она может и не простить. Сестра ей явно дороже меня. И секс здесь ничего не решал.

А что останется мне? Второй раз переживать собственное одиночество, потому что человек, к которому я тянулся, меня отталкивает?

От одной только мысли накатило опустошение. Я не готов что-то доказывать Сашке, потому что не знаю, что могу доказать. Я виноват. И этого никак не исправишь.

Тошно-то как... Я зашел в спальню, уселся на пол, держа в руках телефон. Что делать? Посмотрел на экран, почти 3 ночи.

Нажал вызов.

-Артем? - отозвалась трубка сонным голосом.

-Пап... Мне так плохо... Я Сашке всё рассказал... Она даже слушать меня не стала... - плевать, что мне не 5 лет, но реально во мне что-то поломалось. Не вывожу. К кому мне еще идти? Я больше, кроме него, и не нужен никому.

-Ты где? - вопрос он задал уже бодрее.

-Дома.

-Сейчас приеду.

Я закрыл глаза и опустил голову, телефон так и остался в моей руке. Отец приехал довольно быстро. Я поднялся и открыл ему дверь. Он окинул меня с ног до головы внимательным взглядом.

-На кухню пошли, - там он сбросил верхнюю одежду.

Включил кофемашину и сделал кофе. Черный, без сахара.

Поставил передо мной чашку и скомандовал:

-Пей!

Я сделал глоток. Черная жижа была одуряюще горькой.

-Что несладко? - в голосе отца не слышалось насмешки. Он был ровным. Даже безэмоциональным.

-Ты из-за чего расклеился? - вопрос поставил меня в тупик.

-Я ведь рассказал...

-Артем, пей кофе. И говори, почему ты в таком состоянии. Только правду.

Я глубоко вздохнул.

-Пап, помнишь, как у тебя от матери Матвея крыша ехала? Помнишь ведь... Мы же с Сашкой несколько часов назад вместе были. Здесь.

Я надышаться на нее не мог. И... Бля*ь! Мне без нее плохо! Физически... Всего ломает и корежит... А еще страшно до одури, что ничего исправить уже нельзя...

Мы встретились с ним глазами. Он отхлебнул кофе. И даже не поморщился. Хотя я видел - себе он тоже сахар не добавлял.

-Артем, девочке всего 19. У нее нет жизненного опыта. В голове модель того, какой должна быть жизнь. По большей части, модель придуманная. Ты вывалил на нее довольно неприятную правду. И ожидал именно такой реакции. Другой она у идеалистки и не могла быть. На мой взгляд, рассказывать ей это все надо было до секса.

Сейчас она чувствует себя предательницей.

-А я? Как себя чувствую я? Никого не интересует? Пап, я же не робот. Тоже живой человек...

-Артем, прекрати себя жалеть. Это ничем тебе не поможет. Я хочу, чтобы ты меня сейчас не только слушал, но еще и слышал. Она очень к тебе тянулась. Я еще на Новый год это заметил. Так вот... Ей казалось, что ее мечта исполнилась. Рядом с ней тот, о ком она грезила. А ты ее с небес на землю. Это больно. И больней ей от того, что она старается поступать правильно.