Торопливо спустился по лестницам и замысловатым переходам и привел ее к небольшой двери под вывеской «Транзит-отель».

– Только один номер, – предупредил портье.

– Нам повезло, – улыбнулся Марсель и, расплатившись картой, вручил десять евро на чай. Потом завел обалдевшую Фокину в номер и, прижав к стене, пробормотал:

– Ты же не возражаешь, Танья…

Возражала ли она? Ну уж нет! Только бога молила ниспослать ей такого мужчину. Лишь представляла его в своих снах и просыпалась по утрам мокрая от желания.

Через двенадцать часов они никуда не улетели. И даже не смогли выйти из номера. Заказали еду. Кажется, пиццу и суши. Ели прямо руками. Целовались и дурачились.

– Москва – это конечная остановка? Или ты летишь дальше?

Татьяна смущаясь назвала родной город и добавила с легкой усмешкой:

– Это такая провинция…

– Вся Россия кроме Москвы и Питера – это провинция, – хмыкнул он  шутливо: – Ты не поверишь, но я держу путь именно туда.

– Врешь! Чем докажешь? – вскрикнула  она как девчонка.

– Смотри, – довольно пробурчал Марсель и голым проследовал к своему набитому всякой всячиной кожаному портфелю от Луи Виттона. Достал узкие, словно язычки, картонки билетов и важно предъявил: – Читай, что написано, – велел шутливо.

– Марсель Шпильнер, – прочла она и, улыбнувшись, добавила: – Татьяна Фокина… – и посмотрев в ореховые глаза любовника, расхохоталась. Он сгреб ее в охапку и, упав вместе с ней на кровать, принялся целовать.

– А зачем ты едешь в такую глушь? – поинтересовалась она, отдышавшись, и внимательно глянула на него.

– У меня там полно друзей и родственников, – усмехнулся он. – Еду отдыхать, да и повидаться кое с кем придется…

– Вот. Смотри, – слегка толкнул локтем Марсель, возвращая Татьяну из радостных воспоминаний. Он уже почти неделю жил у нее. Они все так же не покидали квартиру, лишь изредка спускаясь в магазин за продуктами.

«Будь она неладна, эта экономистка со своими отчетами, –  мысленно ругнулась Татьяна. – Я уже привыкла врать маме и Ромке, что еще в отъезде. Самолет – ай-ай-ай – дважды задерживался. Потом я не успела на регистрацию. И уж точно лучше с классным мужиком по постели кататься, чем слушать причитания матери и стоны брата. Попал под лошадь, блин. О. Бендер», – фыркнула про себя Татьяна.

– Смотри, – пробурчал Марсель и строго указал на расчет. – Вот здесь все правильно. Явно считал профи. Все нюансы учел. Брак, сырье, полуфабрикаты… А вот здесь – лажа. Даже расчетно-кассового обслуживания в затраты не внесли. Это так на поверхности. Отсюда и разница.

– Мне бы точно знать, какой правильный, – проскулила Татьяна и, серьезно глянув на любовника, попросила: – Марсик, солнышко, давай завтра ко мне на работу заедем. Быстренько разберемся, а? Что-то я совсем запуталась.