Однако пользы это принесло немного, люди качали головами, горестно вздыхали, ужасались, но где находилась Анна все эти дни – никто не знал.

– Может быть, вы знаете, у кого она могла снять квартиру? – спросила Настя.

– Квартиру? Это нужно у Лады спросить, она про сдачу квартир все знает.

– Кто такая Лада?

– Наша продавщица, работает на точке у метро «Тимирязевская», на улице, прямо возле выхода из тоннеля. Да вы найдете, она там одна, других точек нет. У нее сестра квартирами занимается, поэтому если кому нужно, мы всегда к Ладе отправляем. Точно, точно, спросите у нее, если Анюте нужна была квартира, она наверняка искала ее через Ладу.

Машина Короткова, кряхтя и фыркая, довезла их до «Тимирязевской», где действительно у самого входа продавала газеты и журналы симпатичная улыбчивая блондинка с темными глазами. Известие о гибели Лазаревой привело ее в состояние шока, она даже чуть не расплакалась, но, справившись с собой, дала адрес и телефон своей сестры и сказала, что Аня около двух недель назад обращалась к ней насчет квартиры.

– Она вам не сказала, зачем ей квартира? – полюбопытствовал Коротков. – У нее ведь есть где жить.

– Жить-то есть где, а мужиков куда водить? К маме с папой? – возразила Лада. – Анютка как с новым мужиком роман закрутит, так квартиру снимает, чтобы было где встречаться. От мужика разве дождешься здоровой инициативы. Захребетники они все, только и ждут, чтобы мы, бабы, за них все проблемы решили.

– Значит, это было уже не в первый раз? – уточнила Настя. – Аня и раньше пользовалась услугами вашей сестры, чтобы снять квартиру?

– Конечно. Три или четыре раза, я сейчас точно не помню.

От «Тимирязевской» они направились в фирму к сестре Лады.

Коротков всю дорогу ныл и жаловался на голод, но Настя вопреки обыкновению его не поддерживала. Она не чувствовала ни голода, хотя в последний раз ела почти сутки назад, ни холода, что тоже было необычным для зимнего сезона, ни усталости. Она не чувствовала почти ничего, кроме холодной решимости покончить со всем этим делом раз и навсегда и уйти на другую работу.

Когда они проезжали мимо очередного киоска с надписью «Горячие бутерброды», Коротков все-таки притормозил.

– Ты как хочешь, а я больше не могу, – заявил он.

 – Иду и покупаю себе еду. Тебе что принести?

– Ничего не надо.

– Кончай, Ася, это не дело, надо поесть.

– Я не хочу, Юрик, честное слово.

– Ладно, – сердито сказал он и вышел из машины.

Вернулся он через несколько минут, в одной руке нес завернутые в пакет бутерброды, в другой – пластиковый стаканчик с кофе.

– Держи, – он протянул стаканчик Насте.

Она взяла кофе и благодарно улыбнулась.

– Спасибо, ты настоящий друг.

Коротков уселся в машину, достал один бутерброд и жадно отхватил сразу почти половину.