Вообще плевать, куда меня засунет твой Стасик. Главное, что ты, сука, мучилась. Знаешь, когда-то я думала, что не брать тебя на море – это кайф. Смотреть на твое разочарованное лицо было реально приятно. Но кто же знал, что это ерунда, по сравнению с тем, как ты мучилась и тряслась до развода,  а уж после так вообще - это был определенный вид кайфа. Жаль, конечно, что всего год. Но я и этому рада. Кстати, помнишь я приходила к тебе на маникюр? Вижу, что помнишь. Так вот, я тогда тоже испытала кайф. Видеть тебя, такую убогенькую, несчастную, обслуживающую других и меня… ммм…. это лучше тысячи оргазмов. Это было прекрасно. Вообще спускать тебя с небес на землю, зажравшуюся сучку, было великолепно. Смотри, Алечка, не попадись снова, а то недаром говорят – там где тонко, там и рвется. Чтоб у тебя все п…"

"Договорить я ей просто не дала. Плюнула в лицо и, вскочив со стула, быстро направилась к выходу. И только у двери остановилась и снова, сама не зная зачем, взглянула на Лизу.

- Чего вылупилась?!

- Мне тебя жаль, но ты заслуживаешь того, чтобы тебя наказали. Ты сделала столько гадостей, а что в итоге? Меня любят, а ты как раз убогая, никому ненужная тварь, -  теперь уже я сказала, словно прыснула ядом, и более не смотря в ее сторону, вышла из помещения, громко хлопнув за собой дверью.

Глава 33

Подхожу к посту охраны и киваю знакомым лицам. Тут же тянусь к сумочке, чтобы достать паспорт, но в ответ слышу простое «проходите». На меня никто не косится и ничего не спрашивают. Напротив – пропускают вполне добродушно, даже не спросив кто я и к кому. Знаю, что это заслуга Стаса. Когда-то давно, когда Сафронов впервые арендовал для своей команды этаж, меня дико бесил тот факт, что иногда меня не пропускали с первого раза. Каюсь, пару раз даже вела себя как истеричка, тыча паспортом и тем, что меня обязаны знать в лицо. Сейчас становится стыдно, осознавая, что это их работа, а не возможность разозлить.

Нажимаю на кнопку и не спеша захожу в лифт. Душно. Дико душно. И легкое хлопковое платье, как и кондиционеры, не спасают. Непривычная жара для конца мая добивает. Хотя вру, наверное, душно мне от другого. Я тупо боюсь, что Стас меня не поймет. Не поймет и не сделает то, о чем попрошу. И эта мысль добивает больше, чем духота.

Выхожу на нужном мне этаже и ощущаю нехватку воздуха, от огромного количества работников, которые двигаются так быстро, словно пытаются согреться, а не наоборот. Быстро прохожу мимо рабочего места секретаря, замечая заваленный бумагами стол и, только дойдя до кабинета Стаса, осознаю, что у него так и нет секретарши, несмотря на то, что он полноценно вернулся к рабочим делам сразу после возвращения от Вольских. Десять дней без секретаря и кофе – это мощно.