– Может быть, мне лучше надеть что-то менее… провокационное? – предлагаю я.

Отец выбрал такое платье, чтобы все было выставлено на показ: открытые руки и плечи, глубокий вырез декольте и молочный оттенок ткани, совпадающий с моим цветом кожи.

Я чувствую себя практически обнаженной. От этого мне хочется забраться в постель, накрыться с головой одеялом и не вылезать из своего убежища до конца вечера.

– Это платье отлично подходит, – равнодушно бросает отец и перед тем, как уйти, оборачивается. – Продемонстрируй им свои безупречные манеры, Кимберли. Ты же училась в королевской школе три года.

– Пять лет, – я снова поправляю его, но отец уже не слышит меня, исчезая за дверью моей новой комнаты. Или моей новой тюрьмы.

***

Я спускаюсь по волнообразной лестнице, молясь не подвернуть ногу на глянцевых ступенях из мрамора. Было бы весьма феерично скатиться к гостям, а заодно и к моему отцу с переломанной шеей.

Кстати, он уже с ослепительной улыбкой купается во внимании мужчин и дам в дизайнерских платьях и дорогих костюмах. Их украшения поблескивают в свете громадной хрустальной люстры, свисающей с потолка второго этажа.

С тех пор, как я уехала с мамой в Англию в этом доме ничего не поменялось. Здесь по-прежнему каждая деталь создана с той целью, чтобы заявить всем и каждому, что у его владельца имеется огромный счет в банке. А еще множество особняков по всей стране, недвижимость за границей и ровные отбеленные зубы, которыми отец вгрызается в глотку своим конкурентам.

Отец кивает в знак одобрения, когда я приближаюсь к нему, и представляет меня нескольким мужчинам и женщинам примерно своего возраста. Их взгляды сосредоточены на мне, и я отвечаю им поверхностной улыбкой. Они возвращаются к обсуждению нового закона, и боковым зрением я замечаю промелькнувшую тень. Оглянувшись, я вижу гостей, увлеченных беседой.

– Кимберли, ты помнишь Джека Блаунта? Ты ходила с ним в начальную школу.

Голос отца отвлекает меня от мимолетного движения. Я поворачиваюсь и обнаруживаю перед собой светловолосого парня. У него серые глаза, бледная кожа и вымученная улыбка. Понимая, что мое молчание длится дольше положенного, я рассеянно произношу:

– Нет, скорее всего не помню… Прошло много лет.

Улыбка Джека окончательного гаснет, и, кажется, отец недоволен моим ответом.

– Что ж, у тебя будет достаточно время, чтобы вспомнить, – укоризненно говорит он. – Ты будешь учиться вместе с ним в академии «Дирфилд»."

"Мой желудок сжимается. Я буду учиться не только с Джеком. Но и с Кэшем. Я видела фотографии, где он был в темно-зеленой форме академии с золотистой эмблемой «D» на груди.

Внезапно гости замолкают во время оживленной беседы. Они смотрят куда-то позади меня и спустя несколько секунд неохотно возвращаются к разговору.