– Я прошу прощения, конечно, но мне немного неловко…»

Крис попытался вновь пленить мои губы, но я не позволила, упираясь ладонями ему в грудь и виновато смотря в глаза, в которых читалось непонимание.

– Тут такое дело, – вытянула губы трубочкой, подбирая нужные слова. – Амелиста… Она все видит чем мы с тобой здесь занимаемся…

– А можно как-то… ну… – граф вздохнул, прижимаясь своим лбом к моему и чуть подаваясь бедрами вперед, наглядно показывая свое состояние.

«Целуется он у тебя отлично… – послышался голос богини. – Я все чувствую, Вика, так же, как и ты… А мне, как бы это помягче выразиться… В общем, возбуждения я не испытывала ни разу… Нет у нас на небесах такого…»

Стало так стыдно, что не передать словами. Смущение прилило к щекам, и Кристиан медленно отстранился от меня, видимо, понимая, что к чему.

– Амелиста, я не хочу показаться грубым, – произнес он, – но на какой срок я лишаюсь ""общения"" со своей супругой?

«Скажи ему, что мне нужно примерно неделю, чтобы считать часть энергетики. Это, конечно, немного, но уже что-то».

– Она сказала неделю, – шепнула я, наблюдая за реакцией графа.

– Неделю, – кивнул он. – Что ж, значит неделю! Раз мне ""сладкого"" в ближайшее время не светит, пойдем хоть чай попьем? – улыбнулся он.

«Да он у тебя ангел во плоти. Ни кричит, ни скандалит! Ты погляди!»

Счастливо вздохнув, приняла протянутую ладонь, и мы пошли на выход.

Из приоткрытых окон доносился смех детей, которые, похоже, уже вовсю пробовали новые качели. Бельен находился рядом с ними, так как лай собаки тоже был отчетливо слышен.

Уже завернули в кухню, чтобы срезать путь и оттуда выйти на задний двор, как по дому пролетела трель звонка. Служанка кинулась открывать, а Кристиан выглянул из-за угла, мгновенно напрягаясь.

– Что такое? – тихо спросила я.

– Герцог Брандербург за каким-то чертом приехал!

64. Тревожные мысли

Виктория"

"– Простите великодушно, что нарушаю ваш покой, – расплылся в лучезарной улыбке герцог, от которого по коже пробежал холодок, – но я все же решил, что одних извинений недостаточно, – он шагнул в холл и виновато склонил голову.

За спиной герцога Брандербург топтались два лакея, на руках у которых было несколько пестрых коробок.

– Нам ничего от него не нужно! – шепнула я супругу, не шевеля губами.

– Полностью согласен! – так же тихо ответил мне Кристиан.

Мы вышли навстречу герцогу, преграждая дорогу его слугам, которые норовились шмыгнуть в гостиную, чтобы оставить там ненавистные коробки, содержимое которых и даром нам было не нужно.

– Да не стоило так переживать, ваша светлость! – произнес Кристиан. – Все произошедшее хоть и не забыто, потому что такое невозможно выкинуть из памяти, но все же оставлено за плечами и в прошлом.

– Нет-нет! – замахал руками мужчина.