Так хочется тишины и одиночества. Чтобы никто меня не трогал, чтобы внешний мир, хоть на минуту отошел на второй план, и я смогла бы придраться страданиям.

Лежала бы сутками в постели и упивалась ненавистью к мужу.

— Как ты?

Илья упирается кулаком в стол, ловит мой взгляд.

Как я? Плохо. Будто ты и сам не видишь? Будто, не замечаешь до чего меня довел! — скулит внутренний голос.

— Нормально, — пожимаю плечами. — А ты? — смотрю на его повязку.

Илья касается своего лба и его губы трогает легкая улыбка.

— Что со мной будет? Заживает, как на собаке.

Киваю и снова начинаю копошиться в ящике со сладостями.

Спиной чувствую, что он приближается.

— Не подходи, — предупреждаю спокойно. — Я не хочу стоять с тобой рядом.

Илья шумно выдыхает, сует руки в карманы брюк и замирает посреди комнаты. Наблюдаю за ним боковым зрением.

— У меня проблемы, Света.

— Я уже подала на развод, — припечатываю его словами, — поэтому твои проблемы, больше не имеют ко мне никакого отношения.

— На развод?

Серьезно? Судя по вот этому удивленному голосу, Антипов еще не в курсе. Ну хоть тут я смогла его опередить.

— Да, — вжимаюсь поясницей в край столешницы и наблюдаю, за сменой эмоций на лице мужа.

Он прищуривается, а на смену подавленности, приходит что-то другое. Замечаю нехороший блеск в его глаза и даже вздрагиваю, когда он делает шаг.

До чертиков пугает его выпад."

"После слов Лизы о том, что Илья давно уже не тот мальчик, за которого я вышла замуж, я себя хорошо так накрутила. Он ведь и правда может творить какие-то невероятно страшные вещи.

Я же никогда не лезла в его дела. Но понимала, что он давно свернул с дорожки настоящего правосудия.

— Ты меня боишься, Света?

Вот! Даже голос! Голос его кажется другим, даже он меня пугает.

Такой глубокий с ярким оттенком раздражения и чего-то еще…

— С чего ты взял? — нервно комкаю в руках кухонное полотенце. — Что за глупости, вообще? — пожимаю плечами, а саму трясет. Не знаю, но уверена, что чувствую волны агрессии, которые от него исходят.

— Я тебя никогда ни во что не впутывал, но сейчас, все серьезно Свет. Я за тебя боюсь.

— Нас скоро разведут, и это чувство пройдет, — стою на своем несмотря на липкий страх.

Я не хочу его слушать, не хочу проникаться. Я вообще не понимаю, почему согласилась с ним поговорить? Неужели это тоска? Та, что сжирает ночами.

Та что подкидывает рой счастливых воспоминаний о нас?

Она убивает меня медленно. День за днем, секунду за секундой.

— Они могут давить через тебя, на меня. Это может быть опасно. Понимаешь? — снова делает шаг.

— Это твоя война, Илья, не моя.

— Ты не понимаешь, — Антипов повышает голос, и игнорируя сопротивление, обхватывает мои щеки ладонями.

Пытаюсь увернуться, но он просто физически сильнее. Загнал меня в ловушку, и держит.