Те, кто приезжал в Россию не первый раз, хорошо знали, что надо иметь при себе блок жвачки, джинсы, мужские рубашки, женское белье, косметику, пластинки с записями поп-музыки… Мы хватали все без разбора, радовались сигаретам, жвачке, дезодорантам. Очень хорошо помню, как одна француженка перед отъездом сунула мне пачку прокладок и сказала:

– Это тебе за хорошую работу.

Думаете, я возмутилась и швырнула ей в лицо упаковку? Ан нет, пришла в полный восторг, советским бабам это было в диковинку. Я берегла прокладки, пользовалась ими лишь в особых случаях и чуть не заплакала, когда коробочка опустела.

В начале девяностых годов прошлого века с товарами и продуктами стало еще хуже, чем при коммунистах, с прилавков исчезло все. Представьте мой буйный восторг, когда один вертлявый гасконец привез розовые лаковые туфельки с ремешками и кружевными цветочками? Я принесла туфли домой, Маша всунула в них ножки и захныкала:

– Пальцы упираются, больно.

– Ерунда, – заявил Аркадий, – можно их подогнуть и форсить в обновке.

Машка покраснела, засопела и отчаянно заревела:

– Неудобно!

– Очень уж ты нежная, – констатировал добрый братец, – если б мне новые ботинки перепали, я не стал бы кривляться! Мать, может, ей пальцы того, чик-брик?

Маруська кинулась лупить Аркадия, а я положила лодочки в коробку и отвезла их Медведевым. У Насти размер ноги был меньше, чем у Маши, ей туфельки подошли идеально.

Глава 5

– Ну, вспомнили? – улыбалась Настя. – Такая шикарная обувь! Жаль, что кто-то из детей в садике одну розочку отодрал, я так рыдала, обнаружив ее отсутствие.

– Ты Настя? – робко спросила я.

– А вы сомневаетесь? – усмехнулась девушка.

– Ну… нет… – протянула я, – хотя… не обижайся…

– И не думаю, – снисходительно кивнула она. – Я понимаю ваше недоумение.

Громкий звонок прервал нашу беседу.

– Кого черт принес? – зло спросил Миша и пошел в прихожую.

– Вы поговорили с Зоей? – спросила Таня.

Настя помотала головой, сняла джезву с огня и посмотрела на мачеху.

– Где чашки?

– Ты же тут жила, – ядовито ответила Медведева, – почему интересуешься? Возьми, где они стояли!

Настя вздернула брови.

– Раньше вы посуду держали в сушке у раковины, на столике красная пластиковая подставка была. Но ведь вы ремонт сделали! Кухня теперь другая!

– А ты помнишь старую? – не сдалась Таня.

– Конечно, – сказала Настя, – самая простая была, серая, в розовых цветочках, занавески в бело-красную клетку, люстра пятирожковая, холодильник «Минск», он вон там стоял, теперь угла нет, разрушили.

– На подоконнике были цветы, – вдруг перебила падчерицу Таня.

Я с изумлением посмотрела на нее, чем-чем, а выращиванием растений она никогда не занималась!

Настя прикусила губу, нахмурилась, потом ее лоб разгладился.