— Пойдемте, вас ждут, — меж тем продолжил Фаррингтон и, произнес, обращаясь уже к кучеру: — Адамс, отнесите вещи госпожи гувернантки через черный ход. — И снова обратился ко мне: — Следуйте за мной, мисс.

Храня молчание, поднялась за старшим лакеем по лестнице. Мы преодолели высокую дверь с резной ручкой, и оказались в просторном холле, где в глаза сразу же бросилось дорогое убранство, картины и ковры. Но, признаюсь, была напряжена настолько, что пока не обращала внимания на то, что происходит вокруг, а просто шла, размышляя, кто меня встретит, сам хозяин дома и отец детей, или экономка.

Впрочем, ответ на этот вопрос узнала спустя пару минут, когда мы, поднявшись на второй этаж, остановились у дверей, за которыми оказался кабинет лорда Хейвуда.

— Подождите, мисс Эванс, — проговорил лакей. — Я сейчас сообщу о вашем приезде и, если милорд не занят, то примет вас.

— Конечно, — кивнув, сложила руки на животе, в котором от волнения что-то бурчало и булькало. Только потом запоздало поняла, что я ведь еще не завтракала. Будет очень неудобно если мой организм нарушит беседу с нанимателем.

Фаррингтон вернулся довольно быстро. Смерил меня взглядом и только потом услужливо распахнул дверь.

— Лорд Хейвуд ждет вас, — сказал он и я переступила порог кабинета, после чего услышала ровный голос лакея, обращенный к своему хозяину:

— Милорд. К вам мисс Вивиан Эванс!

Едва сделала несколько шагов, как дверь за спиной закрылась. Впереди, прямо передо мной, стоял большой стол черного дерева, за которым восседал мужчина. При виде меня он поднял голову, и я невольно вздрогнула, когда наши взгляды встретились.

— Мисс Эванс? — голос хозяина замка прозвучал холодно и надменно.

— Добрый день, лорд Хейвуд, — я сделала книксен и снова посмотрела на мужчину.

Он поднялся из-за стола. Широкими шагами приблизился и застыл в шаге от меня, возвышаясь с высоты своего немалого роста. Не могу сказать, что я была высокой. Нет. Боги даровали мне ту миниатюрность, которую моя матушка любит сравнивать с кукольной, но этот мужчина был выше любой знакомой мне леди и даже большей части джентльменов с кем прежде приходилось общаться. Он был просто великаном: широкие плечи, мощный торс, длинные ноги и лицо красивого хищника, породистое и умное.

Особенно меня поразили глаза. Эти два ледяных озера в обрамлении густых черных ресниц, сделавших бы честь любой женщине. Он и не подумал представиться, словно позабыл о манерах. Но в голове прозвучало имя, которое мне назвала миссис Паттерсон во время нашего короткого общения.

Нортон Хейвуд.

— Я полагал, что вы будете старше, — вместо приветствия, произнес мужчина.

— Вы полагали? С чего бы? — не удержалась от вопроса.

— Мне прислали ответ из агентства, в котором, конечно же, сообщили ваше имя.