Даже миссис Белл и та пыталась меня предупредить, правда на свой чудаковатый и немного злобный манер, но все же пыталась. Могла ли она что-то знать? Или просто действовала интуитивно? Впрочем, сейчас это не суть важно.

Еще один шаг и дверь оказалась так близко, что я даже успела протянуть руку и коснуться дверной ручки, прежде чем на плечи опустились сильные руки. Меня буквально отдернуло в сторону, отчего успела лишь подивиться тому, насколько сильна няня мальчика. Откуда столько силы в ее руках? Или она совсем не няня?

Меня отшвырнули от двери, толкнули в угол и велели строго:

— Сидите здесь, мисс Эванс. Представьте, что вы мышь, а я большая кошка. Не стоит серой мышке испытывать нервы голодной кошки на прочность!

Я взглянула на женщину и спросила:

— Кто вы такая? Вы же не миссис Форест?

Ответом мне был оскал, довольный и полный превосходства.

— Конечно же, нет. Но ее тело мне очень подошло для моих планов. Чем глупее и слабее человек, тем проще в него войти и подчинить себе, — тихо ответила темная душа. И я уже поняла, кем она является на самом деле. Вспомнила наш разговор с некромантом.

Боги! Дрейк! Если бы он только пришел за мной! Если бы только почувствовал чужую темную магию!

Но скорее всего мужчина вернулся вниз к Хейвуду, и оба ждут, когда я успокою Адама и спущусь спустя некоторое время.

— Зачем я вам? — спросила, чувствуя, как сипло звучит от страха голос. Мне, конечно, хотелось быть храброй, но выходило из рук вон плохо.

— Я бы рассказала, но отлично знаю, что это лишь попытка с вашей стороны, милая мисс Эванс, протянуть время. А его у нас с Адамом не так много. Сидите молча, милочка, и вам не будет больно, — она сделала странный жест рукой и меня буквально пригвоздило спиной к стене. Не вздохнуть толком, не шевельнутся. Оставалось лишь молча сидеть и наблюдать, ощущая полную беспомощность от происходящего.

Тем временем мальчик развернул сверток, и я с ужасом увидела, как он извлекает старую, потемневшую от времени, кость. В груди с силой забилось сердце, сдавило так, что в глазах потемнело.

Это был страх. В его чистом виде. Я боялась, потому что, кажется, уже поняла, что происходит.

— Адам, не надо этого делать, — удалось прошептать.

Мальчик положил кость в центр пентаграммы, предварительно вернув на место камень.

— Вы не понимаете, мисс Эванс. У меня никогда не было мамы. Я не помню ее, я не видел ее. Все, что я знаю, это лишь рассказы Каро и отца. Редкие и скудные, — он не смотрел на меня, когда няня, или кем она там была, положила свою руку ему на плечо.

— Не трать слова, Адам. Скоро мы будем вместе, — прошептала женщина и по моей спине прошел холодок.

— Адам, это не твоя мать! — воскликнула я. — Это…

Миссис Форест, а точнее темная душа, завладевшая телом женщины, резко обернулась и зло сверкнула глазами.