А графиня, заявившая, что готова приступить к службе, первым делом спросила мои расходные книги и уточнила у остальных: как миледи Лекорн устанавливала ночные дежурства. Выслушав ответ, графиня несколько недовольно поджала губы и сообщила, что с этого дня дежурных у спальни королевы она будет назначать сама.

Мы немного побеседовали с миледи Эбигейл, потом она отправила записку с пажом дворцовому кастеляну, и через час в моей приемной поднялась суета. В углу ставили удобную кушетку."

"По местным дурацким правилам в спальне королевы всю ночь должны были находится горничная и фрейлина, на случай, если моему королевскому высочеству понадобится помощь.

Разумеется, меня это сильно напрягало. Если в Малом Шанизе никто не смел оспаривать мои решения, то здесь, с возвращением королевы-матери, стоило ожидать грандиозного скандала. И сейчас миледи Эбигейл легко и непринужденно решила эту проблему. В приемной установили широкую тахту и эту нишу занавесили роскошными бархатными шторами. А для пущей маскировки прямо перед ней, перед этой отгороженной нишей, поставили конторку секретаря.

Дежурные фрейлины смогут ночью лечь и спокойно спать или хотя бы просто отдыхать, находясь в максимальной близости от моего королевского тела.

В то же время я буду наслаждаться одиночеством и спокойным сном в своих апартаментах. Пусть это слегка нарушает местный этикет, но все же не настолько, чтобы вызвать конфликт с королем.

Для горничной, которая также вынуждена всю ночь бдеть, рядом с фрейлиной поставили удобное низкое кресло. Это, конечно, не нормальная постель, но всяко лучше, чем сидеть ночь на табуретке без спинки.

Миледи Эбигейл негромко сказала мне:

— Признаться, ваше королевское величество, я в своих покоях тоже не позволяю спать прислуге.

За дверью моей спальни есть выкатная кровать, на которой и спит горничная. Иногда правила этикета бывают слишком замшелыми. — Свою критику она смягчила спокойной улыбкой.

* * *Наконец-то в моей жизни хоть что-то начало выстраиваться так, как нужно. Теперь я могу спать спокойно, делать зарядку, скрывшись от любопытных и недобрых глаз окружения, и даже посидеть вечером в одиночестве и спокойно почитать.

Я была очень благодарна герцогу де Сюзору за его рекомендацию.

Уверена, что мы с графиней Эбигейл Холланд сработаемся.

Глава 30

На вечерние посиделки я брала в свою комнату Софи и Жанну. Во-первых, для поддержания их статуса «приближенных к королевской особе», во-вторых, они обе были мне симпатичны. Именно с рассказа Жанны и началось мое пристальное внимание к ткачеству.

В тот вечер мы просто болтали, а я аккуратно выспрашивала у мадам Менуаш, как она стала акушеркой. Все же это была довольно необычная ситуация, когда дворянка оказывала кому-то услуги, пусть и такие важные.