Искоса посматриваю на ворочающуюся в коляске Верушку. Даю максимум пять минут до того, как бомба замедленного действия взорвётся.

Короткая вибрация. Экран мобильного вспыхивает. Приходит входящее сообщение. Я открываю его и несколько секунд непонимающе пялюсь в экран.

«Охрененно».

Перечитываю раз за разом. А потом ещё и ещё. Пытаюсь понять какого чёрта на сообщение, адресованное подругам, ответил Ярослав. Когда осознаю, что это случилось по собственной глупости — тут же удаляю."

"Сердце колотится. Лицо горит так сильно, будто я несколько часов подряд пеклась под июльским солнцем.

Жаров: «Поздно. Я уже увидел».

Пока я напряженно соплю и гадаю, что бы такого придумать в ответ, просыпается Вера. Она недовольно поджимает губы и начинает плакать с каждой секундой громче, потому что пугается незнакомой обстановки. Приходится быстро стащить с себя платье, переодеться в одежду, в которой я пришла сюда и отправиться на кассу. Времени на раздумья нет, поэтому я наспех решаюсь купить наряд.

— Ну ты чего такая капризная? — беру на руки дочь, едва мы выходим из магазина.

— Дя! — звучит обиженный голосок Верушки.

Она так редко разговаривает, что у меня дрожит сердечко.

— Что болит? Ручка? Ножка?

Глажу её по тем местам, которые называю. В том числе для того, чтобы она точно знала названия частей тела.

Булка перестаёт плакать. Её губки плывут в довольной улыбке. Вера обожает нежности. Она может подолгу лежать со мной в постели рано-утром, но ровно до тех пор, пока я глажу и обнимаю её. Едва прекращаю, как она срывается с места и несётся крушить всё вокруг.

Нас прерывает звонок мобильного телефона. Я усаживаю Булку в коляску и смотрю на экран. Звонит Ярослав и хорошее настроение мгновенно испаряется. Надеюсь, Жаров по делу, а не для того, чтобы постебаться над моей оплошностью.

— Привет, — звучит в динамике голос бывшего мужа.

— Здравствуй, Яр. Извини, я случайно отправила тебе фотографию! Хотела девчонкам показать, но промахнулась.

— Если будешь в отделе нижнего белья — промахивайся на здоровье.

Кровь мигом приливает к щекам. Не думать. Не фантазировать. Не акцентировать внимание на его пошлых и неуместных шуточках.

— Наверное, ты по делу звонишь? — резко перевожу тему.

— Да, хотел заехать к Вере. Можно?

Ты же понимаешь, что дальше тебе придётся общаться со мной, а мне с тобой. Хочешь ты этого или нет.

Я это понимала. Но даже предположить не могла, что встречи будут проходить почти каждый день. Это пытка, не иначе. Особенно с учётом того, что наши с Яром жизни разошлись и мы не виделись целых два года. Мои раны на сердце не успели как следует затянуться. По-прежнему остро. Живо. Тяжело.