При этом ещё и пара мотоциклов осталась целыми и вполне работоспособными.

Бойцы по-быстрому покидали в коляски этих мотоциклов трофеи, разлили на мосту канистру бензина и подожгли.

Догонять сразу после этого нашу колонну мы не торопились, отъехали метров на восемь за небольшой пригород, и я велел остановиться. Было интересно, есть ли ещё желающие нас догнать, или немцы обошлись одними мотоциклистами. В одном из этих мотоциклов, кстати сказать, мы обнаружили ранец с радиостанцией, поэтому о том, что этот их небольшой отряд уничтожен, узнают очень быстро. Достаточно мотоциклистам в обозначенное время не выйти на связь, чтобы все стало ясно.

Погоня была, да ещё какая. Я насчитал два десятка грузовиков, битком набитых солдатами, четыре бронетранспортера и десять танков, правда лёгких двоек.

На миг мелькнула мысль, что нам такой противник вполне по силам и можно было бы встретить эту погоню, устроив засаду. Но, глядя на то, что немцы даже не пытаются тушить бодро полыхающий мост, я решил отказаться от этой затеи.

Пока они найдут объезд и встанут на наш след, мы успеем затеряться, поэтому и смысла в боестолкновении особого нет.

Немцы, действительно, всерьёз озадачились нашими поисками, и похоже, правда подняли на ноги если не все части, из имеющихся в наличии на оккупированных территориях Белоруссии, то большую их часть точно. Как-то я даже не ожидал от них подобной активности ночью.

Мы после устроенной засады довольно скоро сменили направление движения и уже через час выскочили на дорогу, ведущую в нужном нам направлении. Правда, двигаться по этой дороге также быстро, как раньше, не получилось Два раза пришлось искать обьезды, чтобы миновать новые пост, появившиеся на этом пути, и один раз переждали на опушке леса, пока мимо пройдёт встречная колонна.

Как бы там ни было, а добраться до нашего лесного массива, намотав при этом приличный километраж, еа удалось до наступления светлого времени суток. Я при этом находился действительно на последнем издыхании. Как-то раньше мне ещё не приходилось настолько много и часто пользоваться своей способностью, вот и сказались последствия.

Броню покинул с трудом, до своей палатки добирался на автопилоте, даже не став слушать доклад начштаба, пытавшегося что-то донести до меня. Вырубился, как свет выключили.

Спал до часов двух дня и в этот раз проснулся сам. Как выяснилось, чуть позже начштаба, видя моё состояние, запретил меня тревожить, хоть и стоило это сделать.

Просто за время моего отсутствия здесь скопилось уйма новостей, требующих моего непосредственного участия.