Ни какой магии не будет, но это не исключает наличие мистики и тайны. Попробуем с Вами погрузиться в альтернативную реальность, которую будем писать вместе.

Буду благодарна любой Вашей реакции!

Глава 2.

- Очухалась, малая? Добре, - выдало это бородатое длинноволосое чудо. - Сейчас кормить тебя буду, а потом уже определим тебя.

Никогда не любила бородатых и волосатых мужчин за исключением Дункана Маклауда в роли бессмертного горца. Но этот экземпляр так же вызывал эстетическое удовольствие и напоминал белобрысую версию моего любимого киногероя.

Не знаю, каким образом удалось его разглядеть при таком скудном освещении, но мужчина приковывал взгляд - высокий, с широким разворотом плеч и выправкой военного. Одежда довольно-таки простая, но все эти названия частей гардероба меня никогда не интересовали. Главное - чистая, опрятная, сидит по размеру и не имеет посторонних неприятных запахов. Для меня ещё важна её функциональность и легкость в уходе, но на этом экземпляре мужественности явно все материалы натуральные. Чего ещё нужно?

При входе мужчине пришлось согнуться практически пополам и сейчас он задевал бы балки макушкой, но привычным будто бы образом от этого уклонялся.

«Я вижу хозяина этих хором? Хорош!»

Мужчина завозился у печи, а я заволновалась. Сердечко забилось в груди, только не поняла от чего именно - красота богатыря сразила или от предвкушения, что сейчас меня покормят. Реакции этого тела мне пока были непонятны. Забыла совсем уже, как это быть ребёнком. На вскидку мне сейчас не более пяти или шести лет, хотя кто его знает на самом деле. Ребёнка явно последнее время недокармливали, излишняя худоба свидетельствовала об этом.

На стол выставлен ещё парящий котелок, скинута тряпица с посуды, а там кроме стопки мисок стоит кувшин и пара кружек. Половину буханки мужчина взял со стола и нарезал крупными ломтями большим ножом, который мужчина достал из ножен на поясе.

""Ловко управился!"""

"- Чего застыла? Спускайся за стол, мыться тебе не нужно, - усмехнулся собственной шутке. - Меня можно дядькой Михайлом звать, - а потом вдруг отчего-то смутился и резко вся его весёлость пропала.

""Вот же гад! Ребёнок чуть было не погиб..."", - хотелось выкрикнуть ему в лицо всё что о нём думаю, но сдержалась.

На глаза стали наворачиваться слёзы, но постаралась взять эмоции под контроль. Нельзя мне быть слабой, даже если очень хочется и возраст теперь позволяет. Можно теперь свободно плакать и пускать сопли пузырями, никто упрекать и наказывать не будет. Никогда не умела красиво плакать.

""Погибла девочка, а её место заняла я..."", - прогнала прочь эту мысль и вздохнула лишь тяжело.

Терзаться дальше помешало громкое урчание. Организм требовал пищи.