Следующий вопрос: судя по набору наличных валют, эти двадцать миллионов предназначаются для взяток, подкупа, не совсем законной покупки информации у европейских супостатов и оплаты текущих оперативных расходов наших бойцов невидимого фронта?

— Именно, сынок. Какой третий вопрос?

— Почему сам Нарышкину не передашь?

— Во-первых, эти деньги у Гримальди я взял под долю Романовых из тех двух контейнеров, которые именно вы, а не я, так удачно обнаружили в Генуе; а во-вторых, генералу будет приятно получить эти деньги именно от тебя. Догадываешься почему? — родитель невинно улыбался.

— Подобные акции объединяют людей. Кроме того, Нарышкин будет к расходованию полученных средств относиться по-другому — сам добыл.

Отец ухмыльнулся:

— Все верно, Алексей. Но самое главное — генерал видел тебя в деле и вряд ли теперь рискнет заниматься финансовым самоуправством без согласования с Москвой. Сама понимаешь, работа у Алексея Петровича творческая, но очень нервная, возможны эксцессы исполнителя.

— Доверяй, но проверяй? — поморщился я.

— Именно. Кстати, по той же самой схеме мы с тобой поступим со Святославом.

— Опять сумки с деньгами?

— Зачем? Ты наедине, но торжественно вручишь ему банковскую карточку и предупредишь, что лично проконтролируешь расходование средств. Уверен, его святейшество намек поймет и обеспечит целевое использование средств.

— Будет исполнено, ваше императорское высочество! — гаркнул я, в очередной раз подивившись профессиональной деформации родителя, и решил сменить тему разговора: — Что там с контейнерами? А то вчера не успел поинтересоваться.

— Те, которые с деньгами, как раз сейчас разгружают и содержимое перевозят в хранилище казино Монте-Карло — князь Гримальди любезно решил нам помочь и даже от процента отказался, заявив, что на будущих родственниках в таких мелких делах наживаться не намерен.

— Вы что, Гримальди все рассказали?

— Так он и так от Бурбона все знал, за исключением отдельных моментов. Кроме того, надо было от налички и наркоты оперативно избавляться.

— Ясно…

Тут со второго этажа спустились Коля с Сашей, и мы с ними сели завтракать.

— Дядька, а где все? — вдруг спросил Николай, одновременно готовя себе здоровенный бутерброд с маслом и красной икрой.

— Совершают длительный утренний моцион, — сообщил отец.

— А завтракать они чем будут? А то икры и блинов осталось совсем немного…

— Мы на «Звезде» позавтракали, заодно и наших доблестных моряков за службу поблагодарили.

* * *

Императорская чета, великий князь Владимир Николаевич и князь Пожарский в сопровождении подполковника Михеева вернулись в номер ближе к одиннадцати утра.