Ничерта у Ирады не получится, но точно попытается. Для галочки.

– Мне не нравятся на тебе шрамы.

– Я не пойду их удалять. Закроешь глаза, если тебе так не нравится моё тело. Или иди еби кого-то другого.

– Не матерись, Ада, - давлю пальцами на губы. – Следи за речью. Я нихера не сказал за твоё тело. Но не позволю кому-то оставлять их на тебе.

– Те, кто пытался, уже не рискнут. Других смелых нет. Да и… Это аппендицит, а здесь, - ведёт пальцами по шее, накрывает старый шрам. – Это наша первая ночь вместе.

– Когда одна идиотка напоролась на кинжал. Я думал, что убью нахер дока, который слишком долго ехал.

Я уверен, что мне послали тебя за грехи.

– Аналогично. Хал!

Визжит, когда я резко опрокидываю её на кровать. В отличии от меня, этого Ада не предугадывает. Только давит ладошкой на мою грудную клетку, стараясь оттолкнуть.

В комнате темно, но уличного освещения хватает. Чтобы увидеть, как прикрывает глаза и часто дышит. Как задерживает дыхание перед тем, как её ладонь ползет выше до моего лица.

– Ты и есть грех, Ада.

– А ты тогда кто?

– Черт!

Оба вздрагиваем от громкой мелодии звонка. Бросаю взгляд на наручные часы, три ночи.

Какой хрен звонит девушке в такое время? Судя по перепуганному взгляду девушки – она сама не ожидала.

Выбирается из-под меня, а пальцы уже подрагивают. Поворачивает ко мне телефон, будто хочет доказать, что ни с каким мужиком не общается. «Тетя Катя» успокаивает, но всё равно вызывает раздражение.

– Да, что-то случилось?

Ада выбирается с постели, стягивает волосы в хвост. И даже в темноте я вижу, как лицо бледнеет. Кусает губы, отрывисто отвечает. И начинает одеваться, пока не швыряет телефон. Не глядя, почти в меня.

– Попытка покушения не засчитана.

– Хал, пожалуйста. Ян… Он там заболел, мне нужно к нему.

Сука.

С таким трепетом говорит о своём ебаре, что меня скручивает. Подрываюсь с кровати, собираясь расставить всё по местам. И нихера испуг Ады меня не успокаивает.

Вырываю с её рук брюки, отправляя обратно в шкаф. Саму девушку толкаю обратно с кровати. Если даже базар не фильтрует, то пора убрать из её головы мысли о другом.

– Халид, я знаю, что обещала…

– Вот именно, Ада, обещала. Никуда ты не поедешь, поняла? Стащила с себя эти шмотки и в постель.

– Ян…  Не тот Ян! – бросается ко мне, сжимая ладонями моё лицо.

Так держит, что не отпихнуть без силы. – Не… Малыша тоже зовут Ян, он заболел. Нужно таблетки купить, врача. К малышу, не к… Не к тому Яну, что ты думаешь. Ян-младший, вот. Ты можешь ненавидеть меня, я заслужила. Но ребёнок ни в чём не виноват.

Не виноват.

Ян?

– Значит, слушай меня, - сжимаю её подбородок, чтобы смотреть прямо в глаза. – С этой секунды ты как хочешь называешь пацана, но не Яном. Или с этой приставкой, чтобы я понимал, к какому сопляку ты мчишься.