Просто я что-то сделала не так и мужчина решил наказать меня. Угрожал ведь этим, обещал когда-то.

И… Это просто его игра, да. Очередной ход, чтобы меня выбить из колеи. Точно. Я… Сбежала пять лет назад, поступила глупо. И Халид искал мои слабости, сам их создал.

А теперь – ударил.

Сукин сын.

Какого черта?!

– Ада? – Лука с тревогой поглядывает на меня, когда я спускаюсь вниз. – Ты…

– Полный порядок.

Волосы вытянуты утюжком – на что я только тратила время. На мне длинное темно-синее платье до пола. Смотри, Халид, я умею носить бесформенные мешки. Только стянула поясом на талии и руки открыты до локтя, но…

Умею!

Только посмотри.

Войди в эту чертову дверь с нашим сыном и прекрати агонию, которая прожигает каждую клеточку. Спаси вас и меня, пожалуйста. Пожалуйста, я ведь ни о чём особо не просила.

– Мне нужны четкие данные, куда ехал Халид и почему. И… Что точно с нашим сыном.

– Нашим? – Лука переспрашивает, отдавая очередной приказ в рацию. Больше охраны на дом, никого не выпускать.

– После росписи Халид подал на усыновления.

Нашим, слышишь ты, сукин сын?!

Хрен с тобой, нашим сыном. Только верни его домой!

– Я позвонил Дамиру, он в курсе что происходит. Он со своими ребятами обеспечат дополнительную охрану и поддержку, если начнутся волнения. Сейчас важно не дать слабины.

– Не давай. Мне нужна машина и сопровождение.

– Куда ты уже собралась? Не…

– Я сама буду принимать решения, Лука. Я еду. К Арабине.

Если эта сука хоть на миллиметр приблизилась к моей семье, если хоть… Я её своими руками удушу, я это умею. Она отправиться в ад быстрее, чем успеет придумать оправдание.

Я пять лет жила под её покровительством, с её помощью сбегала от Халида. Я была ей благодарна и обязана, но… Если она имеет отношения к гибели моей семьи, то…

Гибели.

Семьи.

У меня сводит челюсть, кровь из прокушенной губы заполняет рот. Горький металлический привкус, от которого начинает тошнить. Есть шанс, что это токсикоз?

Я не понимаю чего хочу.

Янар, мой сынок, он не мог… Он же не мог из-за чужих разборок…

Я захлебываюсь немым криком, умираю и воскресаю каждую секунду. У меня осталась только месть. Всегда была только она. Именно она даёт силы жить и не сойти с ума.

Я не помогу на месте взрыва. Я не смыслю ничего в криминальных делах, чтобы сейчас решать вопросы по поставкам и успокаивать клиентах. Но я умею мстить.

Умею выжидать, биться, делать плохо."

"И сейчас мой гнев направлен на Арабину. Мне больно, дико, разрушительно. И кому-то другому тоже должно быть больно. Не мне одной ведь страдать из-за этого.

– Вам не…

– Захлопнись.

Жестко бросаю одной из девочек Арабины, врываясь в клуб. Не её помещение, но именно здесь, чаще всего, она занимается своими делами. И у меня нет времени ждать.