Подскользнулась и упала на одно колено, чудом удержав пакет с покупками.

Пришлось вызвать такси и вернуться домой так и не примерив на себя такое желанный свадебный наряд.

Диме я не звонила, ведь он был на важной сделке. Если бы не этот пол, сейчас бы я готовилась к поездке с ним в самый шикарный ресторан нашего города.

И не узнала бы о его измене…

Уже суша свои длинные по пояс русые волосы феном, я поняла, что в данный момент времени, мне необходимо решить, что делать дальше.

У Юли оставаться не вариант: она совсем недавно начала встречаться с каким-то красавчиком, о котором мне в красках рассказывала. И “он очень горяч и ненасытен” — по ее словам.

Они частенько проводили ночи на этой квартире. Вдруг заявятся для приятного времяпрепровождения?

Хоть у кого-то из нас личная жизнь ладится.

Домой я точно не поеду. Там будет Дима. С ним я встречаться не планирую.

Может быть к маме? Но это два часа на электричке… И многочасовые лекции о том, что я упустила свое счастье и не смогла построить свою семью. А также не смогла подарить ей внуков, хотя мне всего двадцать два, мама считает, что я останусь старой девой. И вообще я никудышная дочь.

Впрочем, больше вариантов я не вижу, к своему огромному сожалению.

Мой утренний наряд требовал стирки. Поэтому перебираю одежду в Юлином комоде в поисках наименее откровенных вещей. Моя подруга любит ловить на себе голодные взгляды противоположного пола. А я предпочитаю более скромную одежду.

В одном из ящиков с радостью обнаруживаю своё летнее платье чуть ниже колен и лёгкую ветровку, которые забыла здесь в прошлую ночёвку.

Так.

Чтобы добраться до мамы, мне нужны деньги. Помнится в одной из сумочек Юли должна лежать наличка после нашего похода в кафетерий напротив ее дома.

Оглядываю комнату и заглядываю под кровать. Моя подруга частенько закидывала ненужные вещи туда, если они были ей не нужны в данный момент и ей было лень наводить уборку.

Наклоняюсь и тут же в глаза бросаются пару штук упакованных презервативов.

Ох, Юлька… Какая ты неряха. Столько вещей под кроватью. В том числе и открытая сумочка, из которой выпала часть косметики. И там же замечаю пятьсот рублей.

Забираю их, потом обязательно верну Юле деньги. Я знаю, что она не обидится.

Смотрю на себя в зеркало и понимаю, что с заплаканным лицом не могу заявиться к матери. Быстренько наношу тональник, который маскирует все последствия пролитых мною слез.

— Вот так намного лучше, — заключаю, глядя на свое отражение напротив.

Подхожу к окну, чтобы еще раз свериться с планом: электричка — мама, а дальше…

К подъезду подъезжает Димина машина.