Стыд накатил новой еще более жаркой волной. Причем не по причине недавней почтигрупповушки, а от мысли, что Стас думал о своей противнице (или все-таки любовнице?) лучше, чем я есть на самом деле. Считал меня умнее и хитрее, в то время как я…

А ведь если бы я не горела жаждой сквитаться, а просто спокойно посидела и продумала это, сейчас бы все было наоборот: это я лежала бы вальяжно, ощущая победительное удовлетворение, а Стас… Господи, о чем это я? Не стала бы я его ведь страпонить на самом деле! А значит… Значит, итог был бы тем же, ведь даже в моих фантазиях мы все равно оказывались в одной постели.

И не как победитель и побежденная, а совсем по-другому!

— И тогда я подстелил соломки, — тем временем продолжил Стас со вздохом, и я все-таки выглянула из своего подушечного укрытия, чтобы видеть выражение его лица. — Заплатил за эту виллу, решив, что просто приглашу тебя сюда на Новогодние праздники, просто как интересную мне женщину, о совместной постели с которой я давно мечтаю. Но ты мало того, что все еще зачем-то страдаешь по этому твоему муженьку бывшему…

— Не страдаю.

— А история с цветами? Почему решила, что это он?

— А кто еще?

Глава 40

Глава 40

Стас вздохнул.

— Ну вот я и говорю, что еще от мыслей о нем не избавилась. Настолько, что тебя и к следующему шагу провоцировать пришлось.

— Та женщина в клубе?

— Конечно. Думал, теперь-то точно все получится… Я подойду, выбрав момент, и… Но ты предложила новую игру.

«Новую игру! Именно!»

— Я такая дура! — прохныкала я, судорожно соображая, как поступить дальше в свете всего сделанного и сказанного.

— Разве тебе вчера было плохо?

— Физически? Про физически врать не стану. Возможно, это был лучший секс в моей жизни.

А вот что касается другого. Эти ребята…

— Я полагал, что тебе будет легче расслабиться, если начать с массажа. Ну и, раз мы все-таки играли… — тут он немного нервно хмыкнул. — Прости, но уж очень хотелось посмотреть на твою реакцию, когда я стал намекать тебе на возможный секс вчетвером.

— Посмотрел? Молодец.

Стас кивнул, затянулся, разом спалив сигарету до самого фильтра, и загасил бычок — с силой вжал его в стоявшую рядом на прикроватном столике пепельницу, в которой валялся еще и использованный презерватив, полный спермы… Значит Стасу опять было со мной очень хорошо… Как, впрочем, и мне с ним… Подумав об этом, я села, решительно отодвинулась к изножью кровати, прикрыв наготу кончиком все той же простыни, а после принялась объясняться:

— Ты прав, виноваты те долбаные цветы в багажнике и подаривший их мне муж-изменник, вдруг решивший, что должен вернуть меня себе.

Я искала способ отвлечься. Им стал ты и, как следствие, новый раунд нашей, кажется несколько затянувшейся игры.

— Даже не знаю, как это расценивать: как хорошо или как плохо.