Зачем им пытаться тебя вернуть, мммм? Как ты думаешь?

— Понятия не имею. Рус. Может, давай перенесем разговор на утро?

На самом деле наш обмен колкостями слегка придал мне сил и уверенности. Я пыталась держаться и даже почти почувствовала прежнюю себя. Но сейчас, боюсь, я выгляжу очень жалкой и раздавленной.

— Я дико хочу спать. Пойми, пожалуйста.

— Мила.

Его взгляд пронзает насквозь. Холодный. Жесткий. Хлесткий.

— Убежать не получится. Ты должна это понимать. Лучше сразу посмотреть реальности в глаза и принять ее полную ясность. Нам не раз еще придется возвращаться к тому, что тебе неприятно.

Ты должна быть способной собраться. Если хочешь бороться, конечно. А если нет…

— Если нет, то…

— Тогда ты просто можешь у меня переночевать. Я по старой памяти помогу тебе с деньгами. И на этом закончим. Но что дальше? Боюсь, даже уйти в никуда для тебя будет проблематично. Слишком крепко они в тебя вцепились.

— Может, остались какие-то родственные чувства?

Что-то же должно было остаться! Ну, не мог же человек целовать меня, засыпать со мной в одной постели! Ласкать и заниматься любовью, так страстно….

И ничего не чувствовать!

— Я думаю, они просто переживают, чтобы я с собой ничего не сделала. Прекрасно понимают, что я не совсем в адеквате, как видишь. Боятся, что я попаду под машину? Или натворю глупостей?

— Прости, Мила. Но ты слишком сентиментальна. Я привык смотреть в лицо фактам. И в такие нежности я не верю. И тебе лучше научиться не обманываться и не видеть в людях то, чего в них нет.

— Тогда что?

— Почему ты не управляла корпорацией, а вместо тебя все взял на себя твой муж?

Когда Филатов называет Егора мужем, мне кажется, что это звучит, как издевательство.

— Я была слишком потеряна. Разбита. Но тебе этого не понять. В тебе, кажется, вообще нет человеческих чувств.

— Если бы ты знала человеческие чувства, как знаю их я, ты бы мечтала о том, чтобы в людях их не было. Зависть. Жадность. Подлость. Это даже не начало списка. Не думаю, что ты так сильно изменилась за то время, пока мы не виделись, Мила. Зная тебя, ты скорее бы забывалась в работе. А ты, как я понимаю, просто заползла в какую-то раковину страданий.

— Я любила отца. Как ты не понимаешь?

— Вялость? Апатия? Желание никуда не ходить и спрятаться от мира? Так ты себя чувствовала?

— Примерно так. Ты прямо ясновидящий какой-то.

— Все, как я и думал.

Филатов кивает каким-то своим мыслям, бросая взгляд на часы.

— Пора ехать, Мила. Как раз время.

— Что? Куда? Ночь же на дворе!

— Я думаю, тебе могли подмешивать какую-то дрянь. Ну, а сейчас мы едем провести тебе экспертизу.

— Что?

Я до побеления впиваюсь пальцами в стол.