Чутьё мгновенно вернулось из отпуска, а усталость как рукой сняло. Подумал было, что спутал, и это журчание ручья, но нет. Это клинок.

Осторожно выбрался из рощи, выглянул из-за угла вагончика. Глаза уже привыкли к темноте, поэтому силуэт Стефана, который с саблей наголо двигался к бытовке, где дрых его господин, я разглядел без проблем.

Чёрт, неужто ему так монгольская водка в голову ударила⁈

━─━────༺༻────━─━

г. Москва, гостиница «Загорский», личный номер княжны Елизаветы Аркадьевны.

Княжна Загорская с мрачным видом сидела в кресле с телефоном возле уха

— Да, отец… Я понимаю. Нет, всё будет, доверься мне. Мои люди уже готовятся, адвоката я поменяла, этот кретин кормит рыб в Москве-реке. Земская не в курсе, что мы причастны… Она просто паникует, вот и всё. Но эта коза сидит у себя в шалаше и носа не высовывает. Бояться нечего. Тунгус будет нашим, отец. Обещаю!

Когда разговор окончился, князь Загорский кинул трубку, и короткие гудки почему-то жутко выбесили Елизавету. Тот позор в зале суда она помнила так, будто и сейчас сидела напротив уродливого коротышки Верещагина и выскочки Разина. В груди кипел такой гнев, что не хотелось даже откупоривать вино.

Но тут забренчал новый вызов. Елизавета спешно ответила.

— Слушаю!

Искривлённое в злобе лицо плавно разгладилось, и губы даже изогнулись в лёгкой улыбке.

— Отлично. Дальше действуйте по плану."

"Хорошие новости. Очень хорошие. Княжна отложила телефон, взяла бутылку, ловко выдернула пробку и наполнила бокал.

Глава 24

Я успел незадолго до того, как Потоцкий рубанул бы наотмашь.

Короткий клинок с лязгом принял на себя довольно сильный удар, а сам шляхтич удивлённо посмотрел на меня, ещё соображая, что происходит.

Я знал, что он сильный. Но насколько, выяснять сейчас не хотелось, поэтому следующим движением я полоснул по кисти правой руки и отрезал три пальца вместе с тем, что носил родовой перстень, который переливался алым светом.

Отличный приём, которым можно обезвредить даже сильного мага. Жаль только, это не всегда можно исполнить.

Стефан закричал от боли и разбудил Матеуша, который завопил ещё громче, вскочил с постели и кинулся прочь. А через пару секунд рядом с нами уже стояли Бат и Батар. От них разило кислым перегаром, но это, похоже, не мешало им действовать и размышлять вполне трезво. Они скрутили шипящего от боли Потоцкого и вопросительно уставились на меня.

— Перевяжите ему руку, — приказал я, вытирая клинок от крови. — А затем приведите ко мне. Будем выяснять, что за херня только что сейчас произошла.

Снаружи уже раздавался истошный вопль Чучела.

— Убивают! Убивают! Стефан, разберись с этим графом! Где моё оружие! Дайте мне кристалл!

Этот княжич сломался, несите нового.