Сколько их здесь?

Вчера за мной от силы человек пять гонялись. Плюс сам Пастухов, водила и личный телохранитель. Не густо. Но есть же охрана отеля. Полиция. Что же никто не чешется?

Осторожно спускаюсь вниз и в коридоре первого этажа натыкаюсь на перепуганную Александру.

— Что происходит, Сева? — спрашивает она, чуть не плача.

— Какая-то фигня. Закройтесь где-нибудь с девчонками, — приказываю испуганной женщине. — В кассе или в бухгалтерии. Где двери сломать нельзя. Сидите тихо. Потом по радио объявим, когда выходить.

— Я слышала, как Таисия предупредила гостей.

— Молодец, — улыбаюсь натянуто. — Быстро в укрытие, Шурлик!

И как только Александра скрывается за какой-то дверью, иду дальше.

Осторожно замираю около дверного проема, за которым начинается холл. Всматриваюсь в лица людей, размахивающих пистолетами.

Замечаю стоящих на коленях Антипова и Семена.

Мать вашу, совсем народ охренел! Боевиков насмотрелись, что ли?

— Детка, ты вызвала подкрепление? — спрашиваю шепотом Таисию, как только мне удается дозвониться.

— Да, — рапортует она. — К нам уже едут.

— Объяви по радиосвязи. Предложи сдаться до приезда группы захвата.

— Зачем?

— Делай, как я говорю, — приказываю малявке. И тут же слышу ее голос.

«Граждане преступники, сдавайтесь!»

Тайкин голос эхом бьет по ушам. Слышится в динамике телефона и льется по каждому закоулку отеля.

— Позови Пастухова по имени и скажи, что поговоришь с ним лично. Пусть идет к ресторану, — поворачиваюсь, чтобы прочесть название. — «Саксофон». Пообещай сесть за стол переговоров и решить проблему миром. Главное, пусть отпустит заложников…

— Но он не отпустит же, — блеет Тайка.

— Нет, но мне нужно выиграть время.

— Хорошо, — вздыхает она. И уже через минуту взывает из динамиков к совести Пастухова.

— Я, как владелица отеля, — заявляет она торжественно, — готова поменяться с заложниками местами. Вы отпускаете ни в чем не повинных людей, и мы с вами садимся за стол переговоров. Я выполню все ваши требования! Слышите?

— Не переигрывай, детка, — шепчу в трубку, наблюдая, как гребаный Пастух на всех парах несется ко мне. У меня остается пара секунд, чтобы выключить сотовый, сунуть его в карман и резко выступить навстречу.

От неожиданности он сбивается с шага. Мне хватает той секунды промедления, чтобы врезать ему по подбородку. Отточенное годами движение дает нужный эффект. Сбивает противника с ног.

Притягиваю к себе Риткиного мужа за горло. Приставляю к виску пистолет и ору дурниной.

— Всех отпустить! Иначе грохну этого козла, к ядреной фене!

— Ребята, пожалуйста, — скулит Пастух, придя в себя. — Делайте, как он говорит. А тебе, Рембо хренов, не жить, — шипит он. — Твоей подружке тоже. Ее большие люди ищут.