Мой сын ждет меня в Посольстве России в империи Хань.

— Прекрасно, — довольно улыбнулся я. — Думаю, через два дня мы отправимся туда.

— Благодарю, — поклонилась она, и в ее глазах блеснула слеза.

— Ну вот, радоваться надо, а ты расстроилась.

— А я радуюсь. Спасибо тебе.

— Иди сюда, я тебя потискаю. Рад, что все получилось.

— Я тоже, — крепко обняла она меня. — А теперь я вас оставлю.

Легкий поцелуй в губы, и она испарилась.

— Это кто? — легкая ревность в голосе Снежаны мне понравилась.

— Ты же слышала — Один семь. Она из моего отряда.

— Такая же сильная, как ты?

— Нет, она, скорей, слабейшая из нас. Но ее сила в мозгах. Отличный аналитик с нестандартным мышлением.

— Она так на тебя смотрела, будто хотела трахнуть.

— Конечно, хотела. И трахнет, ты уж поверь. А помню, как она от меня шарахалась и боялась оставаться со мной наедине, — улыбнулся я своим воспоминаниям.

— Ты просто невыносимый кобель, -вздохнула она. — Судя по цифрам, кроме нее, еще есть пятнадцать подобных ей.

— Ага. Мы самые крутые жопонадиральщики в мире. Я тебя скоро с ними познакомлю. А теперь предлагаю пойти в душ, потому как скоро завтрак, и мне предстоит тяжелый бой.

— С чаем и булочками, — улыбнулась она.

— Хуже. Дед приперся. А отношения у меня с ним, мягко говоря, далеки от идеала. Присоединишься к нам?

— Нет, Сереж. Это семейный завтрак, где мне не место — извини. Я, наверное, домой поеду, да и занятия никто не отменял.

— Хорошо, будь на связи. До отъезда я хочу обязательно с тобой встретиться в неформальной обстановке.

— Обязательно. Все, иди.

— А может, вместе?

— Неа. Терпи. Не все же мне страдать.

И увернувшись от моих рук, она пошла на выход, призывно виляя задом, на который я залип. Ух, хороша чертовка, прям огнище!

Но все пошлые мысли в сторону — надо готовиться к битве, в которой мне нельзя проиграть. Браслет показывал восемь утра, а значит, семья уже начала собираться в трапезной.

Я быстро привел себя в порядок, метнулся к себе, переоделся — девчонок уже не было и лишь смятая постель говорила о наших ночных безумствах. Вспомнив, как оно было, я улыбнулся, радуясь, что такие роскошные красавицы всецело мои, позавидовал сам себе, посмотрелся в зеркало — красавчик. Смахнул невидимую пылинку, прошелся расческой по начавшим отрастать волосам — надо подстричься, — и решил, что к битве я готов.

Вроде и не опоздал, но к столу явился последним. Вся семья сидела в сборе, правда, на одно действующее лицо было больше. И это лицо с недовольной рожей сидело во главе стола по непонятной мне причине. Отец мало того, что император, но он и глава семьи, как и рода. А этот старый мудень давно сложил с себя полномочия.