Идет в другой угол, нервно кусает губу, при этом поддерживает живот, словно боится, что он упадёт к её ногам. Забавная, милая, невообразимо родная. Не знаю, может ли человек любить ещё сильнее, чем любит сейчас, но меня переполняет до краёв это чувство, и поэтому её боль воспринимаю, как свою.

Примерно через полчаса Алёна перестает накручивать метражи, возвращается к кровати и ложится, закрыв глаза. Сижу подле неё верным псом, не дышу, любуюсь её красивым лицом, вспоминая нашу первую встречу. Если бы не ее дерзость, если бы не Омар, не было бы сейчас нас… Перед глазами проносятся калейдоскопом все прошедшие события, наши ссоры, наши поцелуи и признания. Спроси, хочу ли я что-то изменить, нет. Мы совсем недолго вместе, а я уже не понимаю, как это раньше жил без нее. И пусть Алёнка никогда не меняется, остается такой же дерзкой, принимает решения под воздействием эмоций. Всё они по итогу правильные. И благодаря ей, её огромному желанию помочь, моя дочка вновь стала называть меня вслух ""папой"". Единственное, что сейчас угнетает, это ощущение своей бесполезности. Я никак не могу помочь своей малышке, не могу взять на себя и половину её переживаний, страхов, физической боли.

— Ты куда? — вздрагиваю от тихого голоса, когда отодвигаю стул, чтобы вытянуть ноги. Чутко спала, спала ли.

— Никуда. Я здесь.

— Не уходи. Мне с тобой не так страшно, — нагибаюсь к Алёне, целую её в лоб, она сжимает мою руку. Ей удаётся немного подремать. Возможно, схватки прекратились, может, вообще все затормозилось. Тут меня бьёт озноб, нащупываю на запястье венку, считаю ее пульс и как-то успокаиваюсь. Нужно собраться, не паниковать, принимать решения по факту. Я с беспокойством разглядываю лицо жены, ища в нем тень тревоги, но сейчас оно спокойно, даже умиротворенно.

Приходит врач, отгоняет меня к окну. Алёна сразу же просыпается. Они тихо между собой переговариваются, как подружки со своими секретами. Пытаюсь понять, о чем толкуют, но не разбираю от своего волнения слов. Слышу смех и выдыхаю. Значит все хорошо, повода паниковать нет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Давид, когда схватки участятся, растирай Алёне поясницу, — Алёна насмешливо на меня смотрит, опирается об спинку кровати, её врач показывает простые движения рук. Несложно, значит хоть чем-то смогу помочь Алёне в рождении нашего ребёнка.

— Видел бы ты свое лицо! Так внимательно слушал, словно тебе раскрывают особую ювелирную тайну.

— Возможно, я же ювелир.

— Ты думаешь у нас дочка? Наверное, стоило на последнем УЗИ попросить ещё раз посмотреть пол.

— В очередной раз говорю, что рад и сыну, и дочке.