Ну зачем они пришли в этот ресторан при отеле? Мало в Мюнхене ресторанов?

Сейчас Оля предпочла бы самый простой бар или кафешку, только чтобы расслабиться и не видеть перед собой Аверина. Хоть бери салфетку и иди ему на глаза повязывай.

Возникшая в голове визуализация сценки — как она подходит к Косте и надевает повязку из салфетки, — ненадолго отвлекла. И развлекла. При этом воображаемая Диана возмущалась, вопила и норовила вцепиться ей в волосы.

— Чему вы улыбаетесь, Оленька? — вернул в реальность низкий, глубокий голос Давида. — Расскажите, мне очень нравится вас слушать.

— Да так, — рассеянно ответила и повернулась к Данилевскому. Вот же загадка какая, тоже черные глаза, а почему тогда его взгляд так не будоражит?

— Давид, ты уверен, что уместно будет, если мы останемся в этом отеле? — вновь спросил Антон. — Очень скоро о месте нашего проживания станет известно в коллективе, возникнут лишние разговоры.

— Не возникнут, — тот сложил руки домиком, — и вообще, вы больше мои гости, чем сотрудники, а подтверждение дипломов — это одна из форм моей благодарности.

Принесли салаты и горячее.

Ольга нехотя ковырялась в тарелке — аппетит пропал вместе с настроением. Антон извинился и вышел, Давид с Ольгой остались вдвоем, и Данилевский не преминул воспользоваться ситуацией.

— Оля, предлагаю перейти на «ты», — он накрыл ее руку своей. — Мне кажется, мы уже достаточно знаем друг друга.

Она только кивнула, сделав над собой усилие, чтобы не посмотреть прямо. Лучше смотреть на Данилевского.

— Хорошо, я согласна. Тогда скажи мне правду, Давид, я здесь только для того, чтобы составить тебе компанию на сезон балов? Или тебе не с кем встретить Рождество?

— Скажу, — Давид откинулся на спинку стула, и Ольга невольно отметила, что у него нормальная подвижность верхней части тела.

Они как раз обсуждали это с Антоном, и тот сказал, что это очень хороший признак, внушающий определенные надежды. — Мне импонирует твоя прямолинейность, поэтому скажу правду. Оля, я хочу предложить тебе отношения. Конечно, это не отменяет красивых ухаживаний, ты та девушка, которая заслуживает их как никто другой. Но я не стал ходить вокруг да около главным образом потому, что не хочу, чтобы меня опередили.

Он так выразительно глянул за соседний стол, что у Оли отпали всякие сомнения в том, кого имел в виду Давид. Ну не Голубых же… В глазах Данилевского зажегся опасный огонь, со столика напротив тоже полыхнуло.

— И еще, — Давид забрал ее руку в обе свои ладони, — не сгреб, как кое-кто, а именно взял! — ты помнишь, я сказал, что хотел бы подарить тебе замок?

— Я думала, ты пошутил, — пробормотала она, чувствуя себя в полном смысле слова между двух огней.

— Нет, я не шутил, Оленька.