Рассмотрев фотографии Наппельбаума, Мешков увидел вот что: «…заметно явное повреждение волосяного покрова правой брови, в результате она выглядит гораздо уже и короче левой брови. Не исключено, что волосы могли просто обгореть в результате выстрела в упор, а под правой бровью — входное отверстие пули».

Кто-то может объяснить, зачем вызывать известного фотографа, который фотографирует Есенина, якобы с раной на лице и фотографии не ретуширует, когда можно прислать своего фотографа из милиции, который подкрасит, подмажет и сделает карточку мёртвого Есенина в лучшем виде?

Ответ Мешкова: потому что Наппельбаум лично для Сталина фотографировал — и уже Сталин принимал решение, убийство это или самоубийство.

Даже как-то неудобно всё это пересказывать. Сталин на съезде, ему срочно доставляют снимки: «Иосиф Виссарионович, вот взгляните, надо принять решение по фальсификации. Фальсифицируем?»

Господи, господи.

На самом деле Наппельбаума позвали, потому что умер известный поэт. Четыре года назад Наппельбаум так же фотографировал мёртвого Блока. И это единственные фотографии мёртвых литераторов среди его работ.

Всё остальное в книжке Мешкова никакой критики не выдерживает.

У Есенина ужасная рана в районе брови — вполне возможно, дырка от выстрела в упор; при этом в комнате — толпа писателей, художников, сын Наппельбаума. Ну и что? Они ж ничего не заметят. Или заметят, но смолчат.

Так, что ли?

То есть ни участник Гражданской войны Борис Лавренёв, ни участник Первой мировой Михаил Слонимский, которых в ОГПУ никто пока не определял, не скажут: «Товарищ милиционер, вы с ума сошли? Какое повешение? Его застрелили!» — или: «Его забили молотком!»

Как вы это себе представляете? Просто объясните — как?"

"Далее Мешков утверждает, что Есенин вообще не висел в петле; все видевшие его повешенным, конечно же, лгут.

У предыдущих конспирологов хотя бы повешение было — а тут и его нет.

Давайте тихо спросим: зачем тогда Горбову сочинять протокол о повешении, если его просто могли прислать с револьвером, который он аккуратно вложил бы в руку Есенина и написал бы, что тот застрелился?

Да ни за чем; надоели вы со своими вопросами.

В книжке Татьяны Андреевой «Как был убит Сергей Есенин» (2016) слежку за поэтом с 1921 года, по приказу Сталина, вела Анна Берзинь (не шутка!).

Сотрудником ГПУ был врач Александр Яковлевич Аронсон, лечивший Есенина в московской психиатрической клинике (не шутка!). В Ленинград 23 декабря Есенин выехал в одном вагоне с Кировым (не шутка!). В Ленинграде жил не в «Англетере», а на квартире Эрлиха (не шутка!). Николай Клюев в 1923 году был завербован ГПУ, чтобы следить за Есениным (не шутка!). В убийстве Есенина также участвовал писатель Всеволод Иванов, по приказу Сталина срочно выехавший в Ленинград (не шутка!).