Но если дойдут, то с удовольствием доложу вам во всех подробностях. — не удержалась она.

На миг, всего какой-то краткий миг ей вдруг показалось, что этот бесчувственный пень, именуемый графом, сейчас улыбнется. В его черных, как угли глазах, промелькнуло что-то живое, почти человеческое.

Неужели удалось пробить его броню?

— Ваше сиятельство! — вдруг раздалось со стороны коридора.

Для своего появления, экономка выбрала самый неподходящий момент. Лицо графа Арельса вновь превратилось в неподвижную маску.

— Да?

— Простите, если помешала, — смутилась женщина, — Но я должна передать ее сиятельству письмо.

Алесия моргнула. Никаких писем она не ждала. Единственный, кто мог бы ей написать — брат. Но смысл? Виделись же несколько часов назад. А письма из поместья доставляются в дом Лайона.

— От кого?

Экономка пожала плечами.

— Какой-то молодой человек вручил служанке. А она уже передала мне.

Алесии очень не хотелось брать в руки крошечный свиток, который был скорее запиской, чем полноценным письмом. Не нравился ей и ледяной взгляд мужа, пробирающий до костей. Но никаких идей, как выпутаться из идиотской ситуации, на ум тоже не шло."

"Мозг, устав от впечатлений дня, собрал свои пожитки в узелок и утопал в закат, сочувственно помахав ручкой. Сообразительность и находчивость, печально вздохнув, последовали за ним.

Осталась лишь только крошечная надежда, что в записке какая-нибудь ерунда. Или доставщик перепутал адрес…

Экономке хватило одного хозяйского взгляда, чтобы улетучиться в сторону кухни. Ей не хотелось лишиться места, узнав слишком много про господские дела.

Сиятельные супруги остались в зале одни. Алес, наконец, справилась с листком. Взгляд скользнул по первым строчкам, и к горлу неожиданно подкатил противный ком. А еще, отчаянно захотелось выругаться.

От Нортмана не укрылась ее реакция.

— Читайте, графиня… читайте вслух.

* * *В комнате было темно. И душно. Воздух, проникавший сквозь приоткрытое окно, абсолютно не нес свежести. Только запах навоза и подгнившей соломы. Где-то вдалеке уныло чирикала ночная птичка.

Время давно перевалило за полночь. По ощущениям, сейчас было часа два или три. Поздно. Уже очень поздно. Однако сон никак не приходил.

Вытянувшись на спине и скрестив руки, Алес рассматривала темный балдахин. Эмоции, бушевавшие еще пару часов назад, окончательно улеглись. И теперь можно было с холодной головой обдумать свое положение.

А положение, честно говоря, было не ахти. И вполне характеризовалось коротким емким словом, обозначающим одного пушистого зверька.

«Спасибо» автору злополучной записки.

Да, она прочитала ее вслух, отлично понимая, что граф в любом случае узнает содержимое.

«Леди Арельс, отец отсылает меня в дальнее поместье.