И в то же время, он не мог не оценить, как самоотверженно графиня заботилась о Лианне. Будто это ее родная дочь. Алесия лично пробовала все отвары, и даже полоскала горло, подавая девочке пример.

— Некоторые вещи легче делать в компании. — обронила она, на недоуменный вопрос.

Граф тоже попытался «составить дочери компанию». И долго потом плевался после первого же глотка. Отвратительное горькое варево пробирало до самых внутренностей. Алесии хватило благородства, чтобы сдержать смех. А вот Лия еще долго хрипло хихикала.

* * *Хоть Альма и сомневалась в результате, ей, все же, удалось совершить невозможное.

Ангина, или, как ее здесь называли — «горловая жаба» отступила первой. И буквально через пару дней, после кашля перестала появляться кровь. Да и сам кашель становился все более влажным.

И только тогда крестьянка впервые выдохнула с облегчением.

— Самое страшное позади, ваше сиятельство. — произнесла она, смахивая с висков пот.

— А грудная болезнь? — этот вопрос беспокоил Алесию больше всего.

— Неглубокая. Могло быть гораздо хуже. Но юной госпоже лучше оставаться в постели три-четыре десятка дней.

До полного исцеления еще далеко. — Альма вздохнула. — Ей бы солнце, но где его возьмешь в середине зимы?

— Летом я увезу ее в поместье. Там солнца будет достаточно.

— Разумное решение, госпожа. — кивнула крестьянка. — Но до лета виконтесса пусть избегает переохлаждений, если болезнь вернется, девочку едва ли получится спасти. Я оставлю травяные сборы, их надо будет пить каждый день. Теплые камни на грудь — тоже обязательно. А перед отъездом покажу, как правильно проминать спину, чтобы из легких выходила дурная слизь.

Алесия склонила голову.

Из-за бесконечной усталости она едва держалась на ногах, но сейчас это не имело никакого значения. Главное — Лианна идет на поправку. Как же мало порой надо для счастья.

— Альма, я так тебе благодарна. Если бы не ты…

— Ох, да что уж там, ваше сиятельство. — смутилась крестьянка и, чтобы сменить тему, приняла нарочито строгий вид. — Но я еще задержусь на пару тройку дней, а вы, госпожа, сейчас отправитесь к себе и ляжете спать. Не хватало еще и вас на ноги потом ставить. Бледная, аки смерть. Идите, идите. И пока не выспитесь, я вас к пациентке и близко не подпущу.

Нечего ребенка пугать. — с этими словами она выставила графиню за дверь.

* * *Оказавшись в коридоре, Алесия буквально сползла по стене и, сев прямо на пол, закрыла лицо ладонями. При падчерице она не позволяла себе никаких эмоций, но сейчас слезы потоком хлынули по щекам. Слезы облегчения. Неужели и правда все позади?

Алес никогда не воспринимала Лианну, как дочь. Слишком маленькая разница в возрасте, да и вообще… Но только сейчас она вдруг осознала, насколько сильно привязана к девочке.