С одной стороны, разыскивая свой медальон, преподаватель не пытался сотворить какое-нибудь безумие и кому-то навредить. Он лишь раз за разом перебирал свои вещи да во время прогулок заглядывал под кусты, привлекая к себе удивлённые взгляды студентов и других преподавателей. Это радовало — ведь было бы гораздо хуже, если бы Пётр Антипов как оголтелый пытался узнать, куда же переехала Марина, чтобы найти её и вытрясти из неё свой медальон.

Но!

Настораживало меня другое. Антипов натурально увядал на глазах: весь осунулся, глаза потеряли былой блеск, высокомерие больше не сквозило из каждой позы и каждой фразы.

Да чего уж, он вообще начал избегать людей и даже на парах просто давал студентам самостоятельно конспектировать учебники.

А ещё он стал пить по ночам. Просто сидит с бутылкой водки, пялится в стену и пьёт. Потом несколько часов спит как убитый и идёт на работу.

Поразительно, как изменился человек всего за три дня.

Что это за медальон такой, раз его потеря настолько размазала высокомерного Петра Антипова? Что-то запрещённое? Учитывая, как бурно реагирует преподаватель на возможность встретиться с жандармами.

С другой стороны, Антипов носил этот медальон каждый день. Носил в Академии, где полно образованных людей, где учатся эрудированные представители аристократических родов. Вероятность того, что медальон при неудачном движении мог «выпрыгнуть» из-за пазухи Антипова, и его кто-нибудь узнал бы, не особо большая. Но и не нулевая.

Но наш преподаватель шёл на такой риск?

Или всё-таки сам медальон не запрещёнка, и жандармов Антипов опасается из-за чего-то другого?

Обо всём этом я размышлял, когда после теоретической части занятий с ведьмаками и ведьмами Корпуса переодевался для части практической.

Да, половина недели прошла без эксцессов, и наконец-то вновь наступил четверг. Агата, к слову, сегодня кажется чуточку спокойнее, чем в прошлый раз. Может, всё-таки удастся с ней договориться?

Выкинув из головы мысли о странном поведении Антипова, я полностью сосредоточился на предстоящем занятии. Я переоделся и вышел на улицу, и вскоре ко мне присоединился княжич Пермский.

Вдвоём мы стояли молча, ожидая остальных наших одногруппников — по совместительству членов нашей «боевой» пятёрки.

— Ну что, все готовы удивить сегодня Агату Игоревну? — весело спросил Иван Медведев, подходя к нам.

— Сдаётся мне, Александр всегда готов, — ровным тоном ответил княжич Пермский своему вассалу. — Как и я. А что насчёт тебя, Иван?

— Я не подведу вас, ваше сиятельство, — с улыбкой ответил парень. — И нашу группу тоже.