Снова и снова я слышал его бормотание: «Нельзя привлекать внимание… нельзя…»

Вернувшись в свой номер, он уселся на стул и, запустив пальцы в волосы, принялся раскачиваться взад-вперёд, как болванчик, бормоча всякую ерунду. Я честно пытался вникнуть в смысл его слов, но ничего ценного так и не услышал — он лишь костерил нас с Мариной, ректора, весь МАУД, охрану, и повторял своё: «Где же ты⁈ Где!»"

"А ещё он без устали напоминал сам себе, что нельзя привлекать внимание жандармов…

Антипов понятия не имеет, что ему предпринять в сложившейся ситуации. Ну а я не могу следить за ним круглые сутки — это выше моих возможностей.

А может, стоит его тряхнуть как следует? Допросить и выбить информацию? Заодно сделать внушение, чтобы он впредь даже не пытался отыскать Марину?

Да нет… Бредовая мысль — слишком много проблем у меня будет после такого, если ситуация всё же обретёт публичность. Загнанная в угол крыса очень опасна. Шаткая психика Антипова держится сейчас на одной лишь соломинке. Если я её случайно сломаю, и он решит наплевать на свой страх перед жандармами… Мой статус Друга рода Самоцветовых в полной мере не защитит меня от обвинений в причинении физического вреда аристократу.

Я тяжело вздохнул.

На самом деле, вряд ли Антипов побежит к жандармам, когда у него окончательно снесёт крышу. Но вот в ножки к ректору бухнуться он вполне может. И я даже не знаю, что для меня окажется хуже — проблемы с нарушением закона? Или полноценное противостояние кольценосцам МАУД? Да, Антипов перстень на мизинце не носит. Но опыт подсказывает мне, что ректор приложит все усилия, чтобы история с исчезновением жизненно важного артефакта осталась в стенах Академии.

Ставки станут слишком высоки, а я не смогу дистанционно защищать Марину. Так что не стоит форсировать события.

Продолжу мягко и ненавязчиво наблюдать за Антиповым.

Едва я принял это решение, у меня зазвонил телефон. Кому это я понадобился в такое время?

Однако моё мимолётное напряжение сразу же развеялось, стоило лишь взглянуть на экран. Улыбнувшись, я вежливо ответил:

— Добрый вечер, Андрей Степанович. Чем обязан?

— Здравствуйте, Александр. Вы сейчас в общежитии? — поинтересовался отец моей подруги, боярыни Алины Мурашовой.

— Да.

— Надеюсь, свободны?

— В общем и целом — да, — быстро произнёс я.

— Тогда не составите мне компанию за ужином? Я уже рядом с общежитием для преподавателей. Вас ведь временно в нём поселили?

Я выглянул в окно и увидел элегантный чёрный автомобиль, припаркованный у входа в общежитие. Водитель в чёрном пиджаке и белой рубашке стоял рядом с машиной и равнодушно смотрел на выход из общежития.

— С удовольствием составлю, Андрей Степанович, — ответил я.