Лена всегда ругала ее за слово «кушать», уверяя, что в русском языке его можно использовать в одном-единственном сочетании «кушать подано», однако, с точки зрения упрямой Натки, маленькие дети именно кушали, а не ели.

– Я хочу картошку, – сообщила девочка, подумав. – А макароны не хочу. У нас они часто на ужин, а картошка редко. А я люблю картошку.

Ни макарон, ни картошки у Натки не было. Зато имелись бутерброды с сыром и докторской колбасой, судя по внешнему виду, благополучно пережившие дорогу, а еще чай в термосе, банан и яблоко. Как оказалось, яблоки девочка любила, а банан видела впервые, и он, судя по всему, пришелся ей по вкусу.

Наевшись, Настя принялась смотреть в окно, задавая кучу вопросов по поводу всего, что видела. За оставшееся время пути Натка успела устать больше, чем за целый день на работе. Стало понятно, что побыть в тишине теперь будет удаваться нечасто. Что ж удивляться, если в доме маленький любопытный ребенок. От этой мысли она невольно приуныла, но Костя, тщательно ловивший любое изменение ее настроения, подмигнул ободряюще в зеркало заднего вида и повторил в десятый, наверное, раз за последний месяц: «Мы справимся».

К их приезду племянница Сашка, отвечавшая за Сеньку и ночевавшая вместе с ним, пока Натка и Таганцев были в Энгельсе, приготовила ужин. Натка догадалась позвонить и попросить дополнительно нажарить картошки. В квартире обнаружился еще и Фома Горохов, как подозревала Натка, воспользовавшийся оказией, чтобы остаться с подружкой на ночь. Сашка, поняв, что секрет раскрыт, посмотрела умоляюще, и Натка успокоительно махнула рукой. Выдавать племянницу она не собиралась – слишком хорошо помнила свои грехи молодости.

Александра тут же успокоилась, наблюдая с любопытством, как Настя стаскивает с ног ботиночки. Присела на корточки:

– Давай помогу.

– Я сама умею, – с достоинством сказала Настя. – А ты кто? Ты моей новой маме дочка?

– Нет, я ее племянница.

Это слово было маленькой сироте явно не знакомо.

– Сашина мама – моя сестра, – пришла на помощь Натка, – а вот это, знакомься, мой сын, его зовут Сеня.

Сенька, застывший в дверях столбом, выдвинулся на первый план. Вид у него был настороженный. Впрочем, он тут же сделал над собой усилие и улыбнулся.

– Здравствуй, Настя, хочешь, я покажу тебе комнату, где ты будешь жить?

– А ты не будешь драться? – на всякий случай уточнила девочка. – Колька все время дерется. И Тепку я тебе не отдам.

– Тепку? – Сын выглядел озадаченным. – А Тепка это кто?

– Ой, я забыла, что ты Тепку не знаешь, – всплеснула руками Настя. Получилось довольно потешно. – Это же мой медведь. Вот. Мама ему ухо зашила, а то Колька оторвал.

– Я драться не буду и уши отрывать тоже, – пообещал Сенька.