— Я не люблю повторять дважды! — сказал резче.

Девушка вздрогнула от моего тона, сглотнула, обречённо кивнула, всхлипнула и ушла.

Пришёл Сергей, которому я отдал диктофон, а после, выждав несколько минут, успокаивая рвущиеся изнутри едкие вопросы, я набрал номер своей жены.

— Да, Дима, — ответила она, чуть смеясь. — Соскучился по своей жёнушке, м?

Я изучил её вдоль и поперёк и по тону понял, что она пьяна.

— Прекращай пить, Ника. Завтра с утра я заеду к тебе. Есть разговор, — сказал холодным тоном, от которого, кажется, Ника тут же пришла в себя.

— Что-то случилось? — поинтересовалась она невинно.

— Что-то с ребёнком?

— У ребёнка есть имя! — жёстко сказал я и добавил: — И не смей куда-то уходить, поняла меня?

— Да… — неуверенно ответила она.

— Хорошо, — сказал напоследок и отключился.

«Чёрт! Если слова Светланы подтвердятся, и окажется, что моя Филипп и не мой вовсе, то…»

То я всё равно его не отдам… Только с Никой будет покончено.

Глава 8

Светлана

Вернулась домой только ночью. Я долго бродила по улицам города, не скрывая своих слёз и своего отчаяния. Прохожие сторонились меня, будто я была прокажённой.

Кто-то откровенно смеялся, но были и те, кто интересовался, не нужна ли мне помощь…

«Вы всё равно не поможете», — произносила про себя и шла дальше.

Вернулась домой, закрыла за собой дверь и сползла по ней, не чувствуя больше сил. Кости ломило от усталости, и я была так расстроена встречей с Северским, что всё, что мне сейчас хотелось – это забраться в кровать, спрятаться под одеялом и тихонько умереть.

«Я была так близко… А он… Не поверил… Уничтожил моё единственное доказательство…»

Я снова и снова прокручивала в голове наш разговор.

«Сволочь…»"

"— Сволочь, — повторила вслух.

Я сейчас не чувствовала ничего, кроме отчаянного желания убить Северского и забрать у него своего сына.

Взяв в себя в руки, я всё-таки разделась, приняла горячий душ, потом сварила крепкий кофе и решилась позвонить.

Меня сейчас не волновал тот факт, что уже ночь. Пусть знает…

Хоть я и не хотела говорить своему бывшему мужу о том, что наш сын жив, я понимала, что без посторонней помощи мне не обойтись. И сейчас, моей помощью и поддержкой должен стать Рома. Пусть помогает спасти мне нашего ребёнка.

— Алло… — раздалось в трубке сонное и недовольное.

— Привет, Рома. Это я, Света. Прости, что разбудила, но я не могла ждать до утра, — сказала довольно сухо, хотя внутри у меня всё разрывалось на части от боли, страха и отчаяния. Душа кричала, истерично вопила и билась, как в клетке, желая вырваться на волю. Но внешне, я была спокойна.

— Света? — откровенно удивился Рома. — Какого?... Подожди, я сейчас выйду…

Послышалось шуршание и тихие слова, которые я не разобрала.

Наверное, что-то сказал своей супруге.