Сейчас, у меня по крайней мере появилась идея, как можно остановить эту парочку.

— Позвоночник. Один выстрел в упор и они обездвижены."

"Уже после того, как озвучиваю это, понимаю — раз он может грести рукой, без головы, то может быть станет двигаться и с перебитым позвоночником. Тем не менее подхожу ко второму «замороженному» и почти уперев ствол автомата в поясницу, стреляю. Для надёжности, повторяю. Харр проделывает то же самое с другим противником.

По тому, в которого стрелял я, не понять — сработало или нет. Хотя нет, можно. Вот, дёрнул головой. То есть тело сохраняет функциональность практически при любом раскладе. Какого хера? Поворачиваю голову к Харру. Лица я его не вижу, но поза у енота растерянная. И я его хорошо понимаю. Сам бы растерялся, глядя на существо, которое пытается ползти вперёд с разнесённым черепом, перебитым позвоночником и тремя простреленными конечностями. Впрочем, я как раз на него и смотрю.

— Ещё один!

Цнара смотрит на проём помещения слева, куда поворачиваю голову и я сам. Формулирую приказ.

— Колени и локти. Хер с ними, пусть живут. Если не смогут двигаться, всё равно будут не опасны.

Как только новая цель спускается, расстреливаю его колени. Потом расходую три патрона на локти — один требует сразу двух пуль. Убедившись, что неизвестный больше не может ползти, отступаю к центру двора, обходя стороной распластанное на земле тело.

— Что это такое? И как их убить?

Вопрос Эйра задала абсолютно верный. Но, насколько я могу судить, прикончить этих парней можно только одним способом.

— Сжечь.

Цнара успевает выдать ответ первой и я хмыкаю. Мысль верная. Только вот у нас нет топлива. А значит придётся оставить их здесь. И возвращаясь, двигаться максимально аккуратно. Что-то мне подсказывает, далеко не факт, что эти заражённые будут пытаться стащить с меня шлем.

Около минуты выжидаем. Поняв, что больше никто не показывается, оставляю Харра и Эйру во дворе. Мы с «рысью» по очереди проверяем постройки. Судя по кроватям, тут спал местный персонал. От которого осталось только трое странных «ледяных», упорно не желающих дохнуть. Больше мы внутри никого не находим.

Закончив с обыском, слышу вопрос Харра.

— Что это такое? Головной мозг разрушен, позвоночник пробит пулей, а он всё ещё скрёб рукой. Даже понемногу двигался в мою сторону. Как?

У меня на это ответа нет. Вот у Цнары находится вариант.

— Возможно какой-то вариант воздействия бактерии. Который превращает людей вот в таких неуязвимых тварей.

В наушнике внезапно звучит голос Анто, который всё это время провёл около входа.

— Они могли быть мёртвыми, когда заразились. Мы же не знаем, как точно работает эта бактерия, правильно? Судя по людям наверху, она способна модифицировать тела.