Там у них есть баба, которая не ест семь лет!

– Не знаю, – с сомнением протянула Нинон, – говоришь, как у девочки фигура?

– И это самый вялый из возможных комплиментов, – заверила я, – у них есть что-то вроде храма в Подмосковье. Но только принимают туда не всех. Я поеду туда в выходные, со мною будет говорить их главная баба, Серафима. Если хочешь, могу взять тебя с собой.

– Даже не знаю, – засомневалась Нинон, – а что, пить тоже нельзя?

– Первое время можно воду, – утешила ее я.

– И в обмен на это получаешь фигуру как у школьницы?.. Что ж… Хотя бы посмотреть на это чудо я не откажусь.

И вот в субботу утром две холеные горожанки, проделав длинный и утомительный путь, остановились перед тяжелыми чугунными воротами, за которыми, как подсказывала наскоро нарисованная Людочкой схема, и располагался храм дыханцев. Говоря «холеные», я в первую очередь подразумеваю Нинон. Она в ответ на призыв одеться поспортивнее напялила золотой велюровый костюмчик Джуси Кутюр и остроносые туфли на шпильке – теперь на каждом каблучке красовался нарост подсохшей грязи, похожий на бесформенный гриб-паразит. Ее обнаженный живот атаковали слепни. В ее красиво уложенные кудряшки нападали коричневые сосновые иголки. Она натерла пятку и за два часа ходьбы по полям и рощам устала так, как будто побывала на сдвоенном занятии по кикбоксингу – и во всем этом Нинон почему-то обвиняла меня.

– Я думала, это будет что-то вроде пикника на природе, неспешной прогулки по красивым местам, – ныла она, – а ты хочешь, чтобы я пешком дотащилась чуть ли не до Питера.

– Но я говорила, что идти придется часа полтора, – возмущенно оправдывалась я. – Какой пикник, ты спятила? Мы же едем в храм к людям, которым вообще есть запрещено! И кто тебе сказал, что храм должен находиться в пяти минутах ходьбы от электрички? Это же сокровенное место, тайное!

– «Галерея» или «First» тоже сокровенные и тайные места, – настаивала на своем Нинон, – даром что находятся в центре Москвы. Главное, правильно организованный фейс-контроль.

– Знаешь, иногда мне хочется надеть тебе на голову мешок из-под картошки.

– Лучше надень себе на задницу штаны, которые тебе идут, вместо этого ужаса, – огрызнулась она, имея в виду мой новый тренировочный костюм."

"– В отличие от тебя я не отношусь к жизни, как к подиуму.

– Ну и зря. Может быть, в противном случае твои мужчины не женились бы на трехдолларовых проститутках.

Десять – ноль, полный нокаут, противник уничтожен и раздавлен, и пока жестокая публика качает на руках победителя, он будет тихо выплевывать из окровавленного рта выбитые зубы.

– Ладно, извини. – Нинон и сама поняла, что перегнула палку.

– Да что уж там…

Остаток пути шли молча. Узкая тропинка змеилась между деревьев.