– Перестань, мне больно, – Карина пытается упираться, но меня уже не остановить. Сама напросилась на грубость, теперь хавай. Забыла, что я умею быть не только добрым и спокойным? Я напомню.

Открываю дверь и вышвыриваю ее за порог. Не удерживается на ногах и плюхается пятой точкой в сугроб. Правильно, охладись. Хмыкаю довольно за свою маленькую месть и выхожу следом. Порыв морозного воздуха сразу же пробирает до костей, но я не чувствую холода. Внутри все горит от злости, затмевая все остальные чувства."

"– Ты с ума сошел? – ахает она и пытается подняться, но каблуки разъезжаются, лишая ее такой возможности, а я помогать не спешу. Тянет ко мне руки, но я лишь отпихиваю их в стороны.

– Кто дал тебе право вламываться в мой дом? – нависаю сверху, придавливая непоколебимым авторитетом. Карина резко сжимается, всхлипывает.

– А что мне оставалось делать? – поднимает на меня заплаканные глаза. Не пройдет этот номер. Ты же знаешь, как я ненавижу женские слезы.

– Я задал вопрос, – рявкаю на нее, давая понять, что намерен получит ответ.

– Я… я… думала, ты с другой бабой, – заикаясь, лепит оправдания на ходу. – Прости меня, Вань. Не знаю, что на меня нашло. Я ведь так тебя люблю.

– Пошла вон отсюда. – За шкирку поднимаю ее на ноги и небрежно толкаю в сторону калитки. – Выход найдешь.

– Вань, ты чего?.. – непонимающе хлопает ресницами.

– Я не потерплю подобного. Никому не позволено без спроса лезть на мою личную территорию, – останавливаю указательный палец в сантиметре от ее лица. – Заруби это на своем носу и не смей больше появляться, пока я сам тебя не позову.

Разворачиваюсь и ухожу в дом, громко хлопнув на прощание дверью. Прислоняюсь к ней спиной и тяжело дышу. Бесит. Почему люди такие идиоты? Столько раз предупреждал, чтобы не брала на себя больше, чем может унести!

– Папа. – Нюся выбегает мне навстречу. – Посмотли, какое у меня класивое платице.

Начинает кружиться около меня, демонстрируя наряд со всех сторон.

– Очень красивое, – расплываюсь в улыбке, наблюдая за ней.

– Тебе плавда нлавится? – лукаво прищуривается.

– Плавда-плавда, – передразниваю ее и случайно замечаю купленные для нее подарки. – А я тебе тоже кое-что приготовил.

– Что?

– Вот, смотри сколько, – показываю пакеты со всевозможными этикетками. – Будешь разбирать?

– Конечно, – деловито кивает и тянется к одному из них. – Кто же еще, если не я?

– Только не здесь. Пойдем.

Сгребаю в кучу все подарки и иду в гостиную. Высыпаю на толстый ворсистый ковер.

– Пап. – Надрывный детский голос, заставляет дыхание сбиться. Оборачиваюсь и вижу, как Нюся сжимает в крохотной ладошке продырявленный кусочек пазла. – Тигленок полвался.

Ее глаза наполняются слезами, а моя душа страхом. Не знаю, что со всем этим делать. Как себя вести, как успокаивать.