Она отвечает мне жадно, почти отчаянно, сумка из ее рук падает на пол, и хотя дверь по-прежнему открыта настежь, никто из нас не разрывает поцелуй. Да, я очень соскучился.

Я первым отрываюсь от ее губ, спустя, кажется, вечность. Поднимаю сумку с пола и помогаю раздеться. Тело Маши кажется мне напряженным, когда я вновь ее обнимаю, чтобы проводить в гостиную, она необычно молчалива. Я бы прямо сейчас хотел отвести ее в спальню, но хорошо помню, что она приехала с учебы, голодна, а на кухне стынет еда из службы доставки. Ради ее комфорта собственные желания готов отодвинуть на задний план.

Когда я возвращаюсь с фужерами вина, то вижу ее стоящей посреди гостиной. Щеки порозовели, взгляд ослепляет яркостью. Маша не сводит с меня глаз, по очереди расстегивая пуговицы на рубашке. Двигаться не хочется и не получается — я загипнотизирован зрелищем того, как обнажается белая кожа, и тем, как выглядит ее грудь в черном кружеве бюстгальтера. Отставляю бокалы на первую подходящую поверхность, когда она тянет бретельки вниз, потому что дальше хочу сам. Губы Маши вновь сливаются с моими — сейчас она жадная, смелая. Ее дыхание походит на всхлипывания, руки сдирают с меня футболку, шарят по спине, ощупывают плечи, гладят живот.

— Девочка моя, — ласковые слова выходят из меня сами собой под напором нежности и возбуждения. Ее джинсы падают на пол вслед за бюстгальтером, Маша обвивает меня ногами и позволяет отнести себя в спальню.

Как и обычно, спонтанность сбивает меня с толку, тяжесть эрекции не дает шанса на прелюдию — мне нужно быть в ней немедленно, сейчас. Презервативы лежат в тумбочке, но сейчас тянуться за ним кажется не уместным — хочу чувствовать ее кожей.

Ее глаза широко распахиваются, когда я вхожу в нее, ноги сильнее стискивают мои бедра. Ощущать ее под собой незабываемо: тонкое тело, упругая грудь, нежный запах и сбившееся дыхание. Слышать стоны, причиной которых являюсь я. Ладони Маши касаются моего лица, гладят виски, щеки, глаза, не отрываясь смотрят в мои.

— Я влюбилась в тебя еще до того как увидела, — произносит шепотом. — Просто услышав твой голос."

"В груди горячо покалывает, то, что я испытываю к ней в этот момент, от этих слов, от того, как она смотрит на меня, от того, что наши тела спаяны, а я глубоко в ней — мне сложно объять даже мыслями. И я снова целую ее, вкладывая все, что чувствую. Наверное, таким я не ощущал себя никогда — развороченным изнутри, сбитым с толку собой же, беспомощным от взрыва эмоций. Стремительно подступивший оргазм становится для меня неожиданностью — я едва успеваю выйти из нее и обильно кончаю на живот.

— Чуть позже повторим, малыш, — наклонившись, целую ее во влажный лоб и тянусь за салфетками. — Например, минут через пять, когда я отнесу тебя в душ.