Вот сегодня я в полной мере оценил ее удачное месторасположение, которое не заметил в прошлый раз.

Вроде бы и совсем рядом с Мороком, но в то же время в таком переулке, куда от нечего делать не зайдешь. Только если специально, а потому любопытных глаз здесь было мало. Я вот вообще только одного человека встретил в коридоре клиники.

Ночью, кроме Фельда, других врачей здесь не было, а сегодня я увидел еще нескольких человек в медицинских халатах. Значит не один решил, что заниматься подобной практикой выгодное дело. Ну еще бы… За хранение тайн нужно платить…

Выслушав меня, беловолосый целитель велел мне раздеться, осмотрел рану и наложил еще один пластырь.

— Вообще-то он тебе уже и не нужен — там все затянулось практически, но на всякий случай пусть будет, — сказал он, закончив со мной возиться. — Он же тебе не мешает?

— Не-а.

— Ну вот и хорошо. Завтра к вечеру ты уже совсем забудешь об этой неприятности. Пластырь утром можешь снять, так что тебе у меня появляться больше не нужно. Вопросы есть?

— Один. К вам Медведев уже заезжал? Я хотел бы сам заплатить за лечение.

— Мы с ним еще вчера вечером разобрались, так что ты мне ничего не должен, — целитель включил кран и начал мыть руки.

Вот гад! Собирался же в субботу приехать! Наверное, специально вчера все сделал, чтобы все-таки самому заплатить! Хотя обещал же, что не будет… Ладно, в школе с ним поговорю.

Так что много всего хорошего случилось, и к тому моменту, когда мы с дедом пили чай, от плохого настроения у меня не осталось и следа.

К вечеру за мной заехал радостный княжич, который был счастлив оттого, что ему удалось сбежать от родственников до ужина. Иначе пришлось бы провести еще пару часов в скучной компании родичей.

Ну а вишенкой на торте стала Алиса, которая легко и просто согласилась ехать с ребятами в Белозерск. Я-то думал, что она как всегда начнет обижаться, но нет — на этот раз ни слова не сказала. Нет, все-таки девчонки — это странный народ, совершенно непонятно как это работает.

Почему в один момент все проходит, а в другой, при тех же самых обстоятельствах, все в точности до наоборот? Вместо пожеланий хорошей зубрежки, слезы и надутые губы?

В общем, на следующий день сразу же после завтрака и утренней встречи с Корвином, я засобирался в Тенедом.

— Ибрагим, остаешься на хозяйстве здесь, в «Китеже».

— Мой господин… — приуныл Турок, который с самого утра донимал меня вопросами, когда же наконец мы отправимся в Тенедом?

Он смотрел на меня с таким скорбным видом, как будто я ему сообщил, что пять минут назад умер его ближайший родственник.