Револьвер она, зарядив, переложила в свою сумочку, а остальные патроны убрала на прежнее место, вновь положила в чемодан платья и туфли, закрыла его и закинула наверх платяного шкафа.

Зеркало в передней отразило девушку с решительным взглядом, в коротком приталенном плаще лазоревого цвета и с шарфиком на шее. Из-под плаща выглядывал край светлой юбки – Ксения не любила темные цвета и редко их носила.

«Туфли испачкались, когда я бежала по лужам… Ну и ладно, надену другие».

Она переобулась и вышла, крепко прижимая к себе сумочку.

На лестнице Ксения столкнулась с миссис Ломакс.

– Вы так быстро вернулись! – заметила хозяйка.

Ксения ответила первое, что ей пришло на ум: мистер Бедфорд почувствовал себя плохо, диктуя текст, и поэтому сегодня они были вынуждены закончить раньше обычного."

"– В самом деле, нельзя столько работать, – отозвалась миссис Ломакс. – Надо уметь и отдыхать, я так считаю. Вы, душечка, совсем себя не бережете.

Если бы Ксения не думала в эти мгновения совсем о другом, она бы наверняка обратила внимание на непривычное для квартирной хозяйки слово «душечка», а обратив на него внимание, неизбежно задалась бы вопросом, сколько раз в своей жизни миссис Ломакс произносила его прежде. Но так как Ксения размышляла только о том, как бы поскорее улизнуть от квартирной хозяйки, не нарушая приличий, она ничего не заметила.

– Вы очень добры, миссис Ломакс, – («и как она ухитряется так стать на лестнице, что ее не обойдешь?») – но мне вполне хватает того отдыха, который у меня есть. – («С виду совсем худая, но если уж встала поперек дороги, то никак ее не обогнуть… Вот уж чему действительно стоит поучиться у англичан!»)

– Вы такая бледная, – пожурила ее миссис Ломакс. – Вам надо больше выходить, бывать в гостях…

– К сожалению, миссис Ломакс, у меня в Лондоне почти нет знакомых. – («Очередной бессмысленный разговор, который ни к чему не ведет. Еще одна типично английская черта – часами, если понадобится, переливать из пустого в порожнее…»)

Миссис Ломакс удовлетворенно кивнула, словно ее вполне устраивало то, что у Ксении мало знакомых, и посторонилась. Обретя свободу, девушка быстро сбежала вниз по лестнице, и только тут квартирная хозяйка с опозданием сообразила, что надо было сказать ей кое-что еще.

– Мисс! Вы забыли зонтик! – крикнула миссис Ломакс, свешиваясь через перила.

Но внизу уже хлопнула дверь.

«Странная забывчивость… Уж не на свидание ли она так спешит? – Но миссис Ломакс тотчас же решительно отмела эту версию. – Нет, если бы речь шла о свидании, она бы обязательно накрасилась».

Снаружи уже не было дождя, но Ксения, поглощенная своими мыслями, даже не заметила этого. На Лондон опускались вечерние сумерки, и кое-где уже зажглись фонари.