Она звонила ему и в понедельник, и во вторник, но оба раза ответ слуги был одинаковым – мистер Сеймур болен, он лежит в постели и не подходит к телефону. Девушке было не слишком приятно думать, что таким образом он, возможно, дает ей понять, что не хочет с ней общаться, и она решила, что больше ни за что не станет искать с ним встреч. И надо же – он стоит на ее пороге, да еще с розой, которую явно выбирали очень тщательно, и смотрит на нее, Ксению, так, что сердце тает. Она вгляделась в его зрачки, но нет – они казались нормальными, и вообще ничего в Ричарде не было такого, что намекало бы на его пристрастие.

– Вам нравится? – спросил Ричард. В Ксении взыграл дух противоречия.

– Если вы мне скажете, что я прекрасна, как эта роза…

– В жизни не собирался прибегать к таким пошлым комплиментам, – отозвался Ричард. – Конечно же, вы лучше.

Оба рассмеялись, но Ксения все-таки чуточку покраснела.

– Я вам не помешал?

– Нет, вовсе нет. – Ксения, спохватившись, посторонилась. – Входите.

Он вошел, и Ксения закрыла дверь. «Миссис Ломакс наверняка откажет мне от квартиры, – машинально подумала она.

 – Ну и ладно… Переберусь к маме».

– Я не знаю, как ваша хозяйка относится к визитам посторонних, – сказал Ричард. – Поэтому я сказал служанке, что иду к адвокату, который тоже живет в этом доме, посоветоваться по важному делу.

– К адвокату? С розой? – улыбнулась Ксения, ставя цветок в высокую вазу."

"– Э-э… Об этом я не подумал! – сокрушенно промолвил Ричард.

Они опять рассмеялись. «С Ричардом действительно легко смеяться вместе, – мелькнуло в голове у Ксении, – а ведь это качество не так часто встречается у англичан».

– Я так и не извинился перед вами за то, что произошло на файф-о-клоке, – вздохнул Ричард.

– О, напротив, вы извинились тысячу раз, – возразила Ксения.

– И ваша мать меня невзлюбила, – добавил он.

– Вовсе нет!

– Конечно, да. Думаю, она увидела уколы у меня на руках и решила, что я наркоман. Верно?

Ксения покраснела.

– Ну, если вы хотите знать… Хорошо. Она… я… В общем…

Больше ничего осмысленного ей выжать из себя не удалось.

– Вы ведь не наркоман, верно? – спросила она почти умоляюще. Ричард вздохнул.

– У меня случаются приступы бессонницы, – сказал он.

 – А таблетки на меня почти не действуют. Однажды я целую неделю не мог заснуть и чуть не сошел с ума. Ужасное ощущение, когда лежишь в постели и изо всех сил пытаешься уснуть, и почти засыпаешь, но словно… словно какой-то кусочек в тебе спать не хочет, сопротивляется, и из-за него ты вынужден бодрствовать. Да… Словом, пришлось мне принять кое-какие меры. Потом, при резких переменах погоды у меня бывает ощущение, что я снова превращаюсь в головоломку.