– А что, для мужчин отлиты какие-то другие пули?

Федор не нашел, что ответить на этот вопрос, и лишь с удивлением глянул на девушку. С удивлением и еще с каким-то другим чувством, которое было непонятно даже ему самому.

– Ладно… – с некоторым смущением произнес он. – Вот скамеечка. А рядом никого не наблюдается. Давайте присядем. Вот так… Доставайте ваши списки.

– Вот они, – сказала Ульяна, протягивая два исписанных листа.

– Спасибо, – сказал Федор, пряча листы в карман. – Ознакомлюсь самым внимательным образом. А завтра вечером жду вас на конспиративной квартире. Ровно в девятнадцать ноль-ноль. Там получите новое задание. Смотрите не опаздывайте. И не забудьте адрес вместе с паролем.

– Вы опять? – Ульяна с негодованием взглянула на Федора, но увидела на его лице улыбку и улыбнулась в ответ.

Дело было сделано, и можно было прощаться. Тем более что в двадцать часов тридцать минут у Федора была встреча на конспиративной квартире с майором Расторгуевым. Но, во-первых, до назначенного часа еще оставалось время, а во-вторых, Федору почему-то не хотелось расставаться с Ульяной. Хорошо было ему рядом с девушкой, спокойно, как-то по-особенному уютно.

– У нас есть еще целых десять минут, – сказал он. – Посидим…

– Хорошо, – согласилась Ульяна.

Они сидели рядышком на скамейке и молчали. Редкие прохожие бросали на них косые взгляды.

– Вот видите, – сказал Федор. – Я был прав. Смотрят…

– Да и ладно, – проговорила девушка. – Все равно мы скоро расстанемся.

– Это в каком же смысле? – спросил Горюнов.

– Вы же сами сказали, что через десять минут вам надо идти, – пояснила Ульяна.

– А-а-а, вы вот о чем!

– Да, об этом, – девушка внимательно взглянула на Федора. – У вас такой шрам… На всю щеку. На фронте произошло?

– На нем, родимом, – ответил Федор. – Осколком от мины ранило.

– Наверно, было очень больно…

– Пустяки, – махнул рукой Горюнов. – Царапина! У меня и без того… – Он не договорил. Отчего-то ему не хотелось рассказывать Ульяне о своих ранах.

– Я так и поняла, – очень серьезно проговорила девушка. – Иначе вы были бы сейчас не здесь, а далеко-далеко… Там, где стреляют.

– Да, – просто ответил Федор и взглянул на часы. – Ну, мне пора. Значит, до встречи в условленном месте и в условленный час.

Федор поднялся со скамейки и пошел. Он шел и чувствовал, что Ульяна смотрит ему вслед. Он прошел по улице, свернул за угол, так что скамейки с Ульяной уже и видно не было, и все равно чувствовал этот взгляд. И ему было приятно.

…Бабка Ворониха впустила его сразу же, как только он сказал пароль. Она провела Федора в небольшую комнату, где его уже ждал майор Расторгуев.

– Серьезная старушка, – сказал Горюнов, здороваясь с майором.