Ты стрелял в нее…

— Не говори так… Я всегда любил только тебя.

Маша прерывисто вздыхает и, отстранившись, закрывает лицо руками. И тут меня сносит волной отчаяния. Кидает в воронку, закручивает и швыряет в скалы.

Внезапно приходит понимание, что нет никаких шансов. Нет у нас будущего. И никаких детей никогда не будет.

Что не поможет ни мое раскаяние, ни ремонты, ни даже дом за городом, который я для нас купил недавно.

Маша не справится.

Волосы на загривке встают дыбом, а зародившийся в животе дискомфорт быстро трансформируется в острую режущую боль в груди.

От нехватки кислорода темнеет в глазах. Я больше не знаю, что еще сказать.

— Руслан… прости, но зачем это все? Чем тебя не устраивал прежний формат отношений?

— Встречаться тайком по гостиницам? С собственной женой?

Снова всхлипнув, Маша начинает плакать. А я даже обнять не могу — настолько я в ауте.

Гоняю кислород через легкие в надежде, что боль вот-вот отступит. Не выходит нихрена.

Я ее потерял.

Мать вашу, потерял навсегда!"

"— Маша! — срываюсь к ней, — я понял! Давай переиграем! Ничего не было сейчас, забудь! Если до конца жизни нам придется встречаться раз в неделю, то я согласен!

— Зря мы это начали… Я не хочу больше встреч.

Я замолкаю, наблюдая за тем, как, окинув комнату тоскливым взглядом, она выходит. Шагаю за ней.

В полнейшем ступоре иду за ней до прихожей и молча смотрю, как она одевается.

— Плохая идея, Руслан… прости.

Глава 67

Меня хватает всего на несколько дней. За семь дней я прохожу семь кругов ада. От твердой решимости не видеться с бывшим мужем больше никогда до желания поехать к нему прямо сейчас.

Эти решения менялись по нескольку раз в день.

Я много думала. На работе, по пути на работу и домой, перед сном и даже во сне.

Я ему верю. В его раскаяние и чувства ко мне. Он хочет меня вернуть, и это не принцип или уязвленное самолюбие. Ему действительно это необходимо.

Проблема во мне. Я страшно боюсь, что не справлюсь. Погрязну в сомнениях, не смогу выбраться из паутины своих обид и в итоге все испорчу.

Я до липкого ужаса боюсь превратить нашу семью в союз двух разочарованных людей. Это будет конец.

Но осознание того, что этот конец уже наступил, что тоскливые серые будни, в которых я сейчас живу, это и есть мое будущее, заставляет испытывать по-настоящему животный ужас.

Это страшнее самой смерти.

Зачем он все испортил?! Зачем вынуждает меня рвать тонкую ниточку, что связывает нас?

В кабинете, как это всегда бывает в обеденный перерыв, никого. Сложив руки на столе, я пристраиваю на них голову. Закрываю глаза и снова разглядываю Руслана. Такого, каким он запечатлелся в моей памяти после нашей последней встречи.

Хмурый, усталый, в домашней одежде.

Я скучаю. Зря я сказала, что не хочу больше встреч. Я очень хочу.