Знал, что она дома одна, что ничего, кроме поцелуя в щеку Волков себе не позволил, но сама ситуация, когда от меня ничего не зависит, когда мои слово и мнение пустой звук, раздирает изнутри. Ситуация, когда у меня связаны руки, и я даже не могу набить рожу сопернику.

Ооо… пздц!

Услышав, как щелкает замок в двери, моментально весь собираюсь.

— Привет, — здороваюсь беззвучно.

Маша молчит. Стоя у порога, медленно снимает пальто и сапоги.

Мое сердце разгоняется до двухсот, долбит в виски, отдаваясь нервным тремором в кончики пальцев. По венам бежит жидкий ток, в паху тут же тяжелеет.

Поднявшись на ноги, делаю шаг в ее сторону. Маша тоже.

В темноте волосы ее отливают серебром. Кожа белее снега.

Остановившись в паре метров от меня, она молча смотрит в мое лицо. Отвечаю тем же, потому что ни что другое просто не способен. Грохот сердца оглушает.

— Маша…

— Поможешь? — вдруг спрашивает она и, развернувшись ко мне спиной, перебрасывает волосы через плечо.

— Конечно.

Приближаюсь и жадно затягиваюсь ее запахом. Бьет в голову, как крепкое вино. С каждым разом все сильнее.

Пальцы дрожат, и колени слабеют от волнения, но я делаю, о чем она просит. Сцепив зубы, тяну молнию платья вниз. Замираю, когда дохожу по поясницы, а затем, подцепив его кончиками пальцев, медленно тяну вниз.

Маша не шевелится. Но дышит часто, будто задыхается.

Волнуется. Волнуется моя девочка. И ведь успокоить себя не даст.

Освобождаю ее плечи, одну за другой, руки, и спускаю платье по ногам.

То, что я вижу в следующее мгновение, ощущается хлесткой пощечиной по лицу.

Она без белья. Без нижней его части.

Наотмашь ударила. По самому больному. О той переписке напомнила.

Зажмурившись, проталкиваю в горло порцию горечи.

— Уснул? — проникает в сознание ее далекий голос.

— Зачем ты так, Маш?..

— Как?.. Разве тебя это не возбуждает? — спрашивает тихо, — меня очень.

Красиво изогнувшись в пояснице, опирается двумя руками в стену.

— Сделай мне приятно, Руслан.

В паху невыносимо болит, а в груди дыра сквозная. Не простит, не сможет. Прислонившись лбом к ее макушке, зажмуриваюсь.

Маша легко дергает головой, словно пытаясь избавиться от контакта со мной, но я отчаянно стискиваю ее в объятиях. Целую висок и веду губами по щеке. Она шумно выдыхает.

Если секс, это все, что жена способна мне предложить, я возьму сполна, выпью до капли.

— Руслан…

— Ты просила сделать приятно.

Прохожусь кончиками пальцев по обнаженным плечам, скольжу ладонями по рукам, чувствуя, как по нежной коже рассыпаются мурашки. Перескакивают на меня и усеивают все тело.

Осевший на рецепторах ее запах запускает механизмы на уровне инстинктов. Гипервентиляцию легких и бешеный сердечный ритм. Бедра сами дергаются к ее круглой попке.

Маша не сдерживает стона.