А зря!

- Катерина! Ты вернулась одна! Я не совсем понимаю, а где же мой брат? – она вскочила и невольно опрокинула чашку, по скатерти стало расплываться безобразное коричневое пятно.

Она снова села, растерянно смотря в пол, затем взяла колокольчик и бешено зазвонила, вызывая горничную.

- Не стоит так трезвонить! – сказала я, плюхнувшись в кресло – Агата может быть далеко, а остальной персонал вы умудрились уволить! И эта девчонка может долго не продержаться. Тогда тебе самой пришлось бы вспоминать, как мыть полы и стирать одежду.

Я намеренно говорила так жёстко. Я хотела, чтобы она напугалась, заплакала, что ли. Но, когда она снова повернулась ко мне, на её лице не было ни тени растерянности от того, что я вернулась жива-здорова.

- Мне кажется, Катерина, что тебе снова нездоровится! Выпей капель! Они тебе всегда помогали – Аделаида делала хорошую мину при плохой игре и сама прекрасно понимала это.

Тут распахнулись двери, и кучер вбежал, в панике срывая шапку.

- Госпожа Катерина, горе-то какое! Господин Тобиас! Он того, совсем помёрший! Не гневайтесь.

Нет на мне вины лиходейской, это ж несчастный случай был!

Аделаида закричала и вскочила с кресла, закрывая лицо руками. Я же сидела, не могла встать. Шум на лестнице вернул меня к жизни. Нечего убиваться, смерти я ему не желала, и не убивала никого тоже. Дарий выбежал на шум, он теперь тоже помогал убираться по дому."

"- Вот, что Дарий! – сказала я, тяжело вставая из кресла – Госпожа Аделаида сейчас побежала в свои комнаты. Ты двери подопри для того, чтобы она не сбежала, у меня к ней разговор есть! А это тебе – за работу за последние полгода!

Я суетливо достала из сумки полновесный аурес и вручила мальчишке.

Прежде, чем я дошла до холла, он уже испарился.

Причитающий кучер, поминутно сообщавший мне, что это был несчастный случай, привёз меня на то место, возле которого собралась небольшая толпа, и несколько жандармов уныло просили публику разойтись, так как нет тут ничего интересного. Но нас пустили, после чего мой кучер стал, глотая слова, рассказывать, как он просто ехал домой, как и было велено, внезапно его догнал господин Тобиас и закричал, увидев пустую коляску, где же его жена.

Услышав «не знаю», он почему-то сильно расстроился и ударил своего коня так, что тот стал на дыбы и скинул всадника на мостовую. Вот, собственно, и всё!

Один из жандармов неторопливо записывал то, что говорил кучер, несколько людей повторили, что видели своими глазами, так, мол, всё и было.