А в голове единственная мысль — если с ней так приятно обниматься, каково же трахаться?

Убедившись, что ей нравится, я стягиваю лямки с ее плеч, оголяя грудь, и ласкаю уже вживую. Медленно и очень влажно сначала один сосок, затем другой. Я бы хотел прикусить, но это позже, пусть освоится. Уже сейчас воображаю, как сильно ей понравится, когда я сожму твердую горошину зубами, затем втяну в рот. Сглатываю скопившуюся слюну. Катя, порочный хомячок, вновь начинает двигаться сверху, плотнее прижимаясь к моему напряженному паху.

Она так реагирует на ласки, будто девственница, которая лишь начинает познавать свое тело, и мне это нравится. Причем подобное заводит только в отношении нее, уж очень сильно меня измотала обоснованная ревность за последнее время!

Пробегаю поцелуями выше, ласкаю ключицы, горло, хочу ее губы, но Катя мягко направляет меня ниже:

— Еще грудь, Ярик, — шепчет, вызывая у меня довольную улыбку.

Еще немного, и я бы мог довести ее вот так, в одежде, просто лаская грудь и вжимая в себя. Причем и ее довести, и самого себя. Сказывается и воздержание, и болючее вожделение к Катюше. Но в этот момент мой брат, как последнее чмо, начинает устраивать собственное непрошеное шоу.

Такой подставы я не ожидал, честное слово. Только не от него.

Я знаю, что Ульяна пытается вернуть в мою жизнь и в эту квартиру Марину, но Руслан-то должен хоть иногда включать голову.

Или они таким образом мне за «ночную» грушу мстят?

Мы с Катей вели себя крайне тихо и осторожно, Руслан же… затеял сексуальные игры со своей подружкой, не стесняясь!

Пару минут мы с Катей пытаемся игнорировать скрип кровати и доносящиеся стоны, но затем срываемся и смеемся. Касаемся лбами и пораженно качаем головами.

Чужой секс лично меня сбивает с настроя. Одно дело — порно, другое — собственный брат и его девка за стеной.

— Блть, — ругаюсь я сквозь зубы. — Прости.

Катя смеется, обнимая меня. Ей весело, я вроде бы и рад ее рассмешить, но мне жаль нашего настроя, так хорошо было! Плавно развивалось. Я так и хочу с ней — медленно, постепенно, чтобы насладиться каждой секундой.

— Обалдеть, — говорит Катя, оглядываясь. — Они все время так делают? Прямо при тебе и твоих гостях?

— Я его убью, клянусь, — серьезнею. Катя слезает с моих коленей, я подхожу с стене и ударяю кулаком: — Рус, твою мать, потише!

— Это нормально? — спрашивает Катя. — Для тебя.

Пожимаю плечами.

— Ну как-то так. Обычно они ведут себя скромнее, либо я использую наушники, — отвечаю, начиная злиться. И правда стремненько. Я же работаю по сменам, после которых сплю мертво. Часто торчу с друзьями из отряда в спортзале или вообще уезжаю в командировки на месяцы. Не напрягало до Кати совершенно, не замечал даже.

В этот раз они это затеяли специально, чтобы смутить мне девушку.