Между ней и мною остается каких-то несколько метров, я ускоряю шаг. Через щель в жалюзи вижу, как мои друзья по несчастью несутся к спасению, их на полпути встречает полиция, прячет за щитами. Я последняя, но и я сейчас вырвусь!

А потом я совершаю ошибку. Не последнюю в своей жизни, но одну из самых страшных: я поднимаю глаза. Просто поднимаю глаза, чтобы увидеть вблизи самого смелого мужчину, которого я когда-либо встречала. Хочу запомнить его лицо навсегда. Его глаза — темные, внимательные, живущие словно отдельно от общего борзого образа.

Ярослав на меня не смотрит, только на вожака, мой взгляд скользит ему за спину и случайно натыкается на психованного. Буквально на одно мгновение наши глаза встречаются, на моем лице проскальзывает торжество — дескать, ничего у тебя не вышло, подонок! В память о всех его сальных взглядах и мерзких словечках, которые он шептал нам с девочками, пока его подельники продумывали пути отхода. Тебе не светит даже коснуться меня!"

"— Она остается! — психованный кидается ко мне, хватает за руку и рывком тянет на себя. Мое сердце обрывается, от ужаса перед глазами темнеет! Дальше начинается полный сумбур! Входную дверь, заветное спасение, громко захлопывают. Силы покидают меня, я кричу и мне зажимают рот.

— Так не договаривались, девку надо отпустить, — делает шаг ко мне Ярослав, он не повышает голос, но давит интонациями. — Я без оружия, опустите стволы, блть! Я пришел на сделку.

— Не отдам ее! Моя! — орет психованный, ногами топает. Глаза Ярослава расширяются — план дает сбой.

— Руки, блть, поднял! — орет на Ярослава вожак. Подходит и бьет прикладом по лицу, непонятно как, но бойцу удается устоять на ногах.

— Она не влезет в вертушку, отпусти ее. Не бери такой грех, — Ярослав обращается исключительно к вожаку, полностью игнорируя остальных.

— Пока летит вертолет, я ее трахну, а? — стонет психованный, выпрашивая у босса. — Какая уже разница? В тюрьму я больше не сяду! Либо мы валим, либо нас пристрелят как собак! Хотя бы напоследок… Такой у меня еще не было. Ну? Возьмем этого, раз он тебе нравится, — кивает на Ярослава, сплевывающего кровь.

Ответный мимолетный взгляд бойца надо видеть, но тот быстро берет себя в руки.

Вожак мешкает, решая, как поступить. Я в полном ужасе. Умом понимаю, что сейчас главное — выжить. Насилие не смертельно, но, Господи… Как пережить-то?!

Глава 3

Ярослав читает панику на моем лице, я шепчу: «умоляю», он сглатывает и произносит:

— Послушай, — его невозмутимость сбоит. — Не вешай на свою команду, — он специально заменяет слово «группировка» на более мягкий синоним, — насилие. Вам оно не надо. Эй, посмотри на меня, Игорь, оно тебе не надо. Ты же не по этой части.