Как-то странно всё выходило…

Точно во сне.

Ника снова мотнула головой.

И пожалела, что сейчас они находятся в замкнутом пространстве. Потому что ей захотелось убежать. Скрыться. Откуда взялось это чувство, откуда прорастали истоки – она не знала. Просто так чувствовала.

– Златовласка, вот ты сейчас что творишь?

От тихого голоса Беркутова ещё сильнее бросало в дрожь. Сейчас, как никогда, он ей напоминал того властного мужчину, с которым ей довелось столкнуться в «Берлоге». Который привык брать, и которому было абсолютно наплевать, кто что чувствует. Он заплатил, а, значит, всё должно быть по его.

Собственно, а что изменилось?

Ничего.

Горечь нахлынула на Веронику. Его кредитка до сих пор лежала в кошельке, а всё то, что сейчас надето на девушке, было куплено на его деньги. Так что да, ничего не изменилось.

Говорить Ника не могла. В горле встал ком.

Она продолжала отступать, пока не наткнулась на кресло, на котором когда-то спал Егор.

Оно оказалось последней преградой, потому что Ника не устояла на ногах и фактически рухнула в него, испуганно охнув.

Беркут не заставил себя долго ждать. Мгновение, и оказался рядом, поставив руки на подлокотники, нависнув тем самым над девушкой и полностью вобрав в себя всё пространство. Заключив Нику в своеобразную ловушку, из которой не выбраться. Его кустистые брови были сведены на переносице, глаза прищурены. Он тяжело, прерывисто дышал, и создавалось впечатление, что он из последних сил сдерживается. Только от чего…

У Ники ёкнуло сердце от нехорошего предчувствия.

– Не так я думал встретиться, – сквозь сжатые губы прорычал мужчина, и холодные мурашки побежали по телу девушки. – Не так. Но раз ты не хочешь включать голову и здраво мыслить…

А вот теперь это уже была угроза.

И дальнейшие действия Беркута не заставили себя долго ждать.

Он, продолжая удерживать вес своего тела одной рукой, второй решительно зафиксировал подбородок Ники, тем самым лишая её возможности увернуться, и обрушился на её губы яростным поцелуем. Ника мгновенно задохнулась, потому что не ожидала ничего подобного. Или ожидала… Да какая разница! Стоило мужским губам прикоснуться к её, внутри тела что-то взорвалось. С одной стороны, ситуация требовала, чтобы Ника немедля оттолкнула Беркутова, послала его куда подальше, поставила на место. С другой, вся её женская сущность затрепетала в предвкушении, вытянулась в стойку, осознавая, до какой степени она соскучилась. Истосковалась.

Егор действовал жестко. Захватнически. Он обрушился на неё, сразу же атаковав языком и раздвигая её губы. Сейчас, когда он находился рядом, Ника ещё сильнее ощутила исходящие от него волны негодования. Не слышала, а именно чувствовала вырывающиеся из его груди приглушенные рычания. Он ей напомнил хищника. Опасного.