Член прям дергается. Радостно так. Ну да, напоминает, что сегодня, вернее, вчера, только один раз сладкое получил. Да и то, не в очень хорошей обстановке. Задумываюсь. Это сколько же лет я не трахался в подъезде?"

"А в машине? А на природе?

Прямо экстрим с ней, с мелкой стервочкой.

Поворачивается. Толстовка на груди разъехалась по молнии до самой застежки. Голая нежная кожа, в блестках идиотских.

Так. Глаза приходится отводить через силу. Но надо прояснить с остальным. Прикинуть.

Что там у меня было? Третье?

Четвертое, значит. По всем вопросам с Носорогом – прямо в Сухому.

Пятое. Не похвала мне насчет понятливости. Упрек. Да, Сухой мне прокол с аварией и вообще с этой тупой ситуацией с практически срывом проекта, долго будет вспоминать. Очень долго. Хоть и нет моей вины, а все равно есть. Пока был в регионе, проморгал их внутреннюю кухню, дурак. Лажанулся. Не спрогнозировал. А это нереальный прокол. Но, пока что я в строю. Ну, может, части бабла лишит меня старый хрен. Но это терпимо. Это переживем. Наука мне. Опыт.

Тонкие пальчики скользят по голой коже. Смотрю. Другая рука закрывает лицо, зарывается в волосы, отбрасывая их назад. Мешают. Смотрю. Спинка чуть выгибается. Практически незаметно. А жопка уже задорненько из-под юбки выглядывает. Ведьмочка проснулась.

И теперь играет. Совсем недавно мне армагеддон устроила, а тут прям кошечка хитренькая. Помру я на этой бабе. Коньки отброшу с ее вывертами дикими. Сменами настроения.

Понимаю, все понимаю. Но глаз оторвать не могу.

Голая ножка изгибается, коленка подтягивается вверх. Тихий стон. Нежный такой, сонный.

И все. Меня подбрасывает вверх, тянет к ней. Похер на все логические выкладки, на то, что мне, вообще-то, надо бы продумать схему дальнейших действий. Похер.

Я падаю на кровать, разом накрывая тонкое тело. Разворачиваю к себе. Убираю волосы с лица. Она играет, не открывает глаз. И ножки пытается вытянуть, сомкнуть. Но я решительно, сука, протестую. Легко устраиваюсь между тонких гладких бедер, трогаю пальцами нежную кожу. Щеки, скулы, подбородок. Губы. Красивая, сладкая девочка.

Ну давай. Хватит играть уже. Открывай глаза.

– Малех…

Голос мой низкий, больше похожий на сип, на последних звуках хрипит. Блин, услышал бы где-нибудь в темном месте, точно решил бы, что зомбак по мою душу идет. Но сейчас я такой и есть. Чертов зомби, которого тянет к нежной плоти. Так тянет, что сглатываю голодную слюну.

Открывай глаза, малех. Сожру ведь сейчас.

И она, словно услышав мою мольбу, распахивает ресницы. И я охереваю в который раз уже. У нее, оказывается, зеленые глаза. Я думал, серые. Но нет, зеленые. Причем, зелень болотная, как топкая трясина.