Конечно, хороший нагоняй ей бы не помешал.

Но теперь я просто наслаждался тем, что она была так близко от меня. И в то же время мне было особенно жаль, что я уже не кот, отчаянно жаль, хоть мяукай. Вот если бы я сейчас был котом и сидел вот так рядом с Одеттой… Я почувствовал, что мое сердце бешено забилось, а в животе разлилось странное ощущение. Хм… сердцебиение и тяжесть в желудке – не болен ли я?

Я быстро прикинул, не рассказать ли Одетте, что на самом деле я Уинстон. Возможно, она понимала человеческий язык. Во всяком случае, я, когда был котом, понимал. Но если она и поймет человеческую речь, еще не факт, что поверит и не сочтет меня полным идиотом.

– Ах, вот ты где! Наконец-то я тебя нашла. Я не могу спокойно выйти одна из квартиры. Ужасная глупость!

Кира прыгнула на крышку мусорного контейнера. Жалко, она нарушила наше уединение! Одетта вскочила и зашипела на Киру; впрочем, потом она снова улеглась. Тут мне пришла в голову одна мысль.

– Ты слышала, что она сказала? – мысленно спросил я у Киры.

– Да, кое-что. Но это кое-что не очень лестное для тебя, – ответила она.

– Я так и думал. Но мне все-таки интересно узнать, – храбро ответил я.

Я услышал Кирино хихиканье:

– Ну что ж, ты сам так решил! Она сказала: «Привет, слабак, неужели ты снова решился спуститься сюда?» Похоже, вы не лучшие друзья, правда? Что ж, милые бранятся – только тешатся.

– Что ты имеешь в виду? – спросил я."

"– Ах, я всего лишь вспомнила поговорку. Если двое действительно любят друг друга, бывает, что они ссорятся, но потом у них все равно все налаживается. Во всяком случае, так бывает у людей. А вот как у кошек, не знаю.

Я почувствовал, что мне стало жарко, и украдкой взглянул на Одетту, лежащую у меня на коленях.

– В общем, я не думаю, что нравлюсь Одетте. Она считает меня избалованным и высокомерным котом. И самонадеянным. Но она ошибается.

Кира склонила голову набок и посмотрела на меня:

– А разве это не так?

Я энергично помотал головой:

– Нет! Абсолютно неверно! Я образованный и уверенный в себе. Но вовсе не высокомерный. – Кира ничего не ответила. Она многозначительно молчала. Меня это рассердило. – Вообще во всем виновата Ольга, – упрямо добавил я.

– Какое отношение ко всему этому имеет моя тетя? – удивилась Кира.

– Это она рассказала Одетте, какой я избалованный и высокомерный. Нехорошо, правда? Ведь Одетта совсем меня не знает, я никогда не выходил из квартиры. Все это только слухи, и исходили они от твоей тетки.

Теперь возмутилась Кира:

– Не может этого быть! Это совсем на нее не похоже.

– Но она так делала. И мою драгоценную еду она отдавала этой кошачьей компании. Спроси у Одетты!

– Вот и спрошу!

Кира подошла к нам чуточку ближе и мяукнула.