Если ему и правда нас отдали, то это же просто потрясающе! Мои руки будут развязаны… даже не знаю, какое слово подобрать. Наконец-то смогу работать без каких-либо проблем.

— Йо! — воодушевленно поприветствовал я Лазарева. Он как раз снимал пальто. Видимо, только вошёл в кабинет. — Доброе утро. Есть минутка?

— А даже если и нет, это что-нибудь изменит? — кисло спросил он.

В ответ я только пожал плечами.

— Мне тут птичка интересную новость на хвостике принесла.

— М-м-м? — вопросительно промычал Лазарев, обходя кабинет и опускаясь в своё кресло. — Даже боюсь предположить, что именно это за новость.

— Говорят, наш отдел дали тебе в подчинение.

Эмоции его чувствовать я не мог, но вот по лицу читать уже немного научился.

— Много чего говорят, — хмыкнул он с улыбкой. — Другой вопрос, с чего это тебя так…

— Мне нужно два разрешения на самостоятельную работу, — перебил я его. — Для меня и Анастасии. У нас дело висит.

— И ты вот так просто сюда врываешься и думаешь, что я безропотно их тебе подпишу? — спросил он, чем несколько поставил меня в тупик.

— А что, не подпишешь?

— А что, должен?

— Ром, вот давай без этой клоунады, хорошо? Ты не просто так взял на себя наш отдел, — высказал я ему. — Савина вчера уволили. Марина всё ещё недоступна… кстати, что с ней?

Кажется, что такая резкая смена темы несколько сбила его с толку.

— Хотел я сказать тебе это позже, — вздохнул он. — Но, видимо, сюрприза не выйдет.

Открыв ящик стола, он достал лист бумаги и протянул его мне.

— На, прочитай.

Быстро схватив листок, пробежался по нему глазами. В целом ничего особо удивительного. Просто снятие всех обвинений, а также претензий со стороны компании. Даже более того. Имелся отдельный абзац о том, что якобы Марина очень помогла найти настоящего виновника случившегося.

Бред, конечно. Уж кому знать, как не мне. Скорее, это сделано для того, чтобы снять дальнейшие претензии в её участии.

— Вижу, что ты заметил, — произнёс Роман, заметив, как я остановился в чтении. — Считай, что это услуга с моей стороны. Отец хотел просто подписать отказ от претензий, а затем сократить её одним днём. Теперь же к ней и вовсе никаких вопросов не будет…

Что-то в его словах заставило меня нахмуриться.

— Не будет никаких вопросов… не будет в каком случае? В том, если она себе новую работу искать будет?

— Саша, ты и сам прекрасно понимаешь, что она не может остаться тут работать.

— Сам сказал, что она очень вам «помогла», — тут же съязвил я.

— Да, сказал, — кивнул он. — Но ввиду чрезмерного стресса от этой ситуации Скворцова сочтёт, что ей потребуется длительный отдых. Разумеется, фирма войдёт в положение. Она получит свой золотой парашют. Очень и очень значительных размеров… эй, ты чего?

Я бросил лист ему на стол и, не скрывая раздражения, плюхнулся в кресло.