Сомнение скользким змеем свернулось у меня в груди и не давало расслабиться и подумать о чем-то другом.

Советники в этот день позволили себе больше вина, чем обычно. И я не мог не воспользоваться ситуацией. Подливая одному из них в кубок, я все же вызнал главную тайну, что так долго скрывали советники.

— У всех детей, в ком течет хоть капля королевской крови Ишатра, на бедрах проявляется магическая руна, — сказал он. — Она запечатывает дар, и только священный огонь главного храма может пробудить его.

Я едва не поперхнулся, услышав подобное заявление. Сжал металлический кубок с такой силой, что он слегка погнулся.

— То есть это не наследник зажигает магический огонь, а наоборот?"

"— Источник возгорается и одновременно распечатывает дар наследника. Печать выполняет также роль щита — не дает убить обладателя.

Меня словно окатили кипятком. Я сделал глоток вина, не разобрав его вкуса. Советник только что раскрыл главную тайну своей страны. И одновременно — главную тайну моего сердца. Сам того не ведая, он выдал мне ключ к тайне Майлин. Неужели она — дочь погибшего императора Ишатра? Единственная наследница?

Получалось, что артефакт не взорвался в руках Миоры, это печать Майлин отразила удар.

И направила обратно, прямо в сердце нападавшей.

— Как выглядит эта печать? — спросил я упавшим голосом.

Советник хотел было ответить, но второй, заметив, что мы слишком долго разговариваем, подошел ближе. Предупреждающе взглянул на младшего и нахмурил брови, приказывая молчать.

Но я и без того узнал многое. Слишком многое…

Отделавшись от советников, точнее, оставив их и дальше заливать горе вином, я отправился к Майлин. Шел, покачиваясь, хотя выпил не так много.

От тяжелых дум голова налилась свинцом, да и все тело стало таким тяжелым, неповоротливым. Я двигался, как тяжелобольной, мучимый смертельным ранением.

Если догадка подтвердится, Майлин не просто станет свободной. Она будет королевой Ишатра. И покинет меня, забыв, как дурной сон. Королева не выберет простого воина, советники не позволят ей этого. Седьмой сын короля — не самая достойная партия.

У нее будет все, о чем она только может мечтать. Ее желания будут выполняться прежде, чем она их озвучит.

Никто уже не заставить ее выполнять чужую волю или переодеваться горбуньей.

У Майлин будет все. А у меня не будет главного — девушки, ставшей для меня дороже всего на свете.

Глава 26

Алексис

Когда я вошел, Майлин улыбнулась — так призывно и нежно, что у меня защемило сердце. Даже не знаю, за какие заслуги перед Богами я получил эту женщину. Как жил без нее все это время.

И как смогу жить дальше, если догадка подтвердится.

— Старейшины нашли то, что искали? — спросила она, приподнявшись в кровати.